— Зараза! Что происходит?
Крыс кинулся к сапогам и получил от них знатный пинок. Отскочив за кресло, потирая ушибленный зад, крыс злобно пробурчал.
— Вы опять заклинания перепутали? Хотели одежду почистить да не то заклятие наложили?
— Как⁈ — я оторвала от себя чулки и бросила их в сторону камина. — Я ведь уснула в ванной! А проснулась, когда вот эти уже восстали!
— Тогда не знаю, хозяйка. Но совет дам. Бегите! Вон из саквояжа шарф выбрался. Сейчас вас задушить в своих объятьях!
Я завизжала и кинулась к дверям. Попытка закрыть их не увенчалась успехом. Каким то образом, левый сапог проснулся в щель и не дал мне захлопнуть ту. Взбесившаяся одежда навалилась разом.
Я чувствовала, что сдаю позиции. И ретировалась по лестнице вниз. А мой гардероб дружной толпой устремился вслед. Сапоги так топали по ступенькам, что казалось, будто за мной гонится обезумевший дровосек.
Пробегая второй этаж, я краем глаза заметила открытую дверь. Нырнула в нее и захлопнула. Повернула защелку и облегченно выдохнула.
— Кхм… леди Хейз потрудитесь объяснить и свой внешний вид и свое поведение.
У меня от страха внутри мигом все заледенело. Потому как голос был способен заморозить не только мои внутренности. Кажется, даже воздух стал на пару градусов прохладнее от тихого, но от того более страшного, голоса лорда Андервуда.
Я развернулась и увидела хозяина дома, Великого и Ужасного некроманта. Сидящего в кресле у камина. В домашнем халате. И тапочках на босу ногу. Кажется халат тоже накинут на босое… тьфу… нагое тело.
Я зажмурилась и вцепилась в край своего полотенца, подтягивая то повыше. Его длины как раз хватало, чтобы скрыть все самое ценное, но недостаточно, чтобы чувствовать себя уверенно.
Хотя как тут вообще можно чувствовать себя уверенно⁈
Я стою в одном полотенце, босая, в спальне лорда Андервуда, который тоже раздет. Нет, он конечно одет. Но всего лишь в халат. На широкую мужскую грудь, покрытую темными волосами, я старалась не смотреть.
А куда смотреть⁈ На голые ноги некроманта? Тоже, кстати, покрытые темной порослью.
— Вы уже закончили любоваться мною?
Я покраснела до кончиков волос.
— Что ж… Раз вы позволяете себе разглядывать меня, то я, пожалуй, отвечу вам тем же.
Я не могла произнести ни звука. Но когда горячий, темный мужской взгляд пробежался по моему телу, мне захотелось закричать. Закричать, чтобы он немедленно прекратил разглядывать мои ноги! Полотенце заканчивалось на середине бедра и совершенно не оставляло места для мужских фантазий.
А то, что фантазии у мужчины есть, было видно по лёгкому прищуру. И по нервным постукиванием пальцами по подлокотникам кресла.
Крылья мужского носа раздувались, а губы были поджаты. Взгляд темных глаз был настолько осознаем, что казалось мужчина видит все насквозь и полотенце ему не помеха.
Ну раз полотенце меня не особо защищает, все, что мне остается, это спрятаться за щит своего воспитания. И я постаралась произнести фразу как можно будничным тоном.
— Добрый вечер, лорд Андервуд.
Мужчина посмотрел на меня пристально и не мигая. В его взгляде мелькнуло что-то хищное. Будто не человек сейчас меня рассматривает, а приготовившийся к прыжку, зверь. Даже его голос больше напоминал звериный рык, чем человеческий.
— Возможно этот вечер действительно станет добрым… Для меня.
Я сглотнула, боясь отвести взгляд. Так бывает, когда на вас смотрит дикий зверь. И важно отслеживать малейшие изменения в поведении. Чтобы выбрать наилучший момент для бегства. Но бежать мне некуда. И, как известно, лучшая защита — это нападение. Потому я не стала юлить и, приняв гордый и независимый вид, заявила.
— Я увольняюсь, лорд Андервуд!
Темная бровь приподнялась. Взгляд был полон сарказма.
А я отчаянно боролась с удушающим стыдом. И оттого злилась на мужчину, вольготно рассевшимся в кресле.
— Какие у вас основания для увольнения?
Он серьёзно? Придерживая полотенце одной рукой, я начала загибать пальцы на другой.
— Ненормированный график. Это раз. Круг обязанностей не уточнен. Это-два. Постоянный риск для жизни! Это-три. Я не нанималась копателем могил и приманкой для нежити!