- Я плохо помню ее. Серенькая такая, как мышка, - нахмурилась Клементина.
- Именно, она.
- Но магия у нее была – дай Небеса каждому. Лучшая на курсе.
- И что с того?
- Мда, - скривилась моя леди. – Лучше бы она не уходила… Впрочем, откуда знать, возможно она счастлива с ним.
- Ой, что ты говоришь! Она сбежала! Представляешь? Приехала в столицу. К отцу, тако-о-о-е порасказывала, что у ее матушки случился сердечный приступ.
Новость отчего-то будоражила девиц, а Клементина наоборот, хмурилась.
- И что дальше? Ее, надеюсь, не отправят назад?
- Неизвестно. Оказывается, отец был в долгах, а сариданец решил эту проблему…
Они трещали как сороки, обсуждая несчастную, а я застыла рядом, точно статуя. А потом увидела, как торопливо, по направлению к нам, идет служанка.
- Извините, леди, - подошла она и поклонилась гостьям. – Госпожа Клементина, приехал королевский целитель, вас ждут. А вам, леди, просили передать, что вы сможете прийти в другой раз.
- Ну мы же не успели поговорить! – С жалостью воскликнула одна из них. Кажется, Валента.
- Еще раз просим извинить, - требовательно произнесла служанка. Молодец.
- Хорошо. До встречи, Клемми, мы придем, обязательно, - леди попрощались. А мы покатили к дому.
- Гадины, - прошипела Клементина.
- Соглашусь, - негромко сказала я. И заметила, как ухмыльнулась служанка.
- Я все пять лет учебы в Академии просила этих сорок не называть меня Клемми. Только полное имя.
- Вас расстроило только это? – спросила я.
- Ой, Мариэль, ты считаешь, я совсем не разбираюсь в людях? Да, они глупые клуши, сплетницы, но если бы я отказалась встречаться, то стала бы предметом этих самых сплетен и насмешек… Впрочем, я и так предмет…
- Не говорите так.
- Ой, только не надо… - она вспыхнула раздражением. Но сдержалась, и оставшуюся часть пути мы молчали.
- Мариэль, - тихо окликнула меня служанка. – Пока госпожу осматривает целитель, можешь спуститься на кухню. Сегодня чудесные булочки. Кстати, меня зовут Ганна.
- Спасибо, - кивнула я ей. Но подумала, что будет любопытно посмотреть и послушать, что скажет доктор, а булочки я попробую позже.
В комнате Клементины я увидела мужчину лет сорока пяти, в модном сером сюртуке, жилете, отделанном золотой нитью, белоснежной рубахе и темных, в мелкую полоску брюках. Щеголь, подумала я.
- Мэтр Равер, рада вас видеть, - поприветствовала его Клементина. – Но вы опять теряете попусту время. Лучше бы посетили городской госпиталь, чем посещать безнадежную калеку.
- Обязательно посещу, леди Клементина. И я рад вас видеть. А за калеку назначу вам лишнюю дозу настойки полыни.
- О, другого я от вас и не ожидала. Познакомьтесь с Мариэль. Она - моя новая компаньонка.
- Как приятно вас видеть, - расплылся мэтр, оглядев без стеснения меня. – Наконец-то молодое лицо. Я говорил, милая Клементина, что вам полезно общения с молодыми девушками, а не с грымзами, каких набирал ваш брат.
- Ой-ой, вот возьму и расскажу ему, что вы тут говорите, - капризно подыграла ему Клементина.
- Ябеда, - парировал доктор, и они оба засмеялись. – Итак, леди…
Он сам подкатил коляску к кровати. Поднял девушку на руки и положил в постель. Открыл саквояж, вытащил инструменты. Он обследовал ее тело с помощью такого же жужжащего аппарата, что когда-то и меня лекарь Вински.
Как я узнала потом, этот предмет – артефакт сканирования внутренних органов и стабилизатор потоков энергии тела. Что уж это означает – мне не ведомо. Но считается, что этот артефакт – передовое достижение науки.
Потом мэтр достал стетоскоп, послушал легкие, сердце, а после вытащил шкатулку и вынул из нее инструмент, похожий на длинные щипчики, или камертон.
Работала эта штука по тому же принципу. Доктор стукнул ею по ребру ладони, и по комнате прокатился тихий звон. Мэтр направил предмет над животом, замер. Потом еще раз сделал то же самое, и еще раз.
- Хмм, - тихо, нахмурившись буркнул он.
- Не стабильно?
Он неуверенно пожал плечом.
- Пожалуй, лучше, чем в прошлый осмотр. Но не намного.