«Смотри не влюбись!» — эту фразу я шептала на все лады, ворочаясь в постели. Сон не шел. Мысли вертелись в голове как ужи, и сладкое томление, возникающее при воспоминаниях о прикосновениях и словах Лиама, смешивалось с горьким послевкусием. Я сошла с ума? С чего вдруг такая реакция? Внезапно подумалось, что я почти ничего не знаю о Лиаме. Только то, что он из Азертина и возит колдуну продукты. Все остальное сокрыто неизвестностью. Вот чудо! Парень являлся в гости почти каждый день, болтал обо всем на свете, но при этом умудрился не рассказать о себе ничего личного. А я и не любопытствовала. Какие напрашиваются выводы, кроме того, что я невнимательная ротозейка? То, что Лиам не так прост, как хочет казаться! Красивый и умный. Ум прячет за беспечной болтовней. Вдвойне умный. О! От следующей мысли я резко села в постели. А может, я вошла в возраст и теперь буду как мама? Несколько мужей и все такое. В ужасе я затрясла головой. Нет, не хочу такого.
– Соана! – наполовину просочившись сквозь крышу, над кроватью завис Дукос. – Не спишь?
– Не сплю.
– Беда! Ворон пропал!
Вот радость. Известие отвлекло от собственных тягостных мыслей.
– Пропал и ладно. Мне-то какое дело?
– Как ты можешь так говорить? Я думал, ты добрая. – Дух с укоризной смотрел на меня.
– Я добрая. Когда меня не клюют и не обзывают.
С вороном у меня отношения не задались с самого начала, а вот с ранимым призраком я все-таки подружилась. Случилось это нечаянно и просто: я решила сказать спасибо за то, что он нормально ко мне отнесся с первой встречи, и пожать призрачную «руку». Одну из. Сказать, что он тоже сразу пришелся мне по душе. Это уж потом я заорала и все испортила. А Дукос, оказывается, всегда жаждал полноценной жизни и человеческого отношения. При нашем рукопожатии (а, вернее, щупальцепожатии) он то бледнел, то становился плотнее от волнения. И столько радости светилось в провалах призрачных глаз, словами не передать! Мне стало вдвойне стыдно за свою нечаянную истерику. Я быстро привыкла к его пугающему виду, и страх перед Дукосом пропал окончательно.
– Даже если он в Азертин улетел или в лесу сгинул, мне совершенно без разницы.
Зевнув, я улеглась на живот и прикрылась подушкой от настырного призрака. Но разве того, кто умеет проходить сквозь стены, это остановит?
– Он наш друг.
– Твой – возможно. Мой – точно нет, – пробурчала из укрытия.
В груди с беспокойством екало, но я пыталась держаться. Не то чтобы я переживала за пернатого… Разве что самую малость. Зато в голову уже вовсю лезли неприятные идеи, что исчезновение ворона может оказаться не простым. Верховод – тот еще махинатор. С него станется пропасть с целью.
– Вдруг он подставу для тебя изобретает? – прямо на ухо прошептал Дукос, просочившись сквозь подушку.
– Ерунда! Не буду выбираться из уютной постельки. – Однако подушку я отбросила и, перевернувшись, со вздохом уставилась в потолок. – Он может, конечно. Но Иелграин просил не высовываться этим вечером. У него снова гости. И зелье в доме настаивается.
– Мы быстро! Хозяин не узнает. К тому же мы не будем приближаться к его зелью. Соана, надо поискать.
– А-а, пойдем. Лети пока, мне надо одеться.
Спровадив призрака, я шустро натянула платье и выскочила во двор. Над Лардожем царила бархатная ночь. Словно роскошный синтонийский плащ, она обнимала окрестности, и темный лес служил дому колдуна загадочным обрамлением. Яркие хрустальные точки усеивали небо так густо, что казались рассыпанными драгоценностями, усиливая ощущение волшебства. А ночные звуки кружили вокруг, как коты на мягких лапах. Некоторое время я стояла, с удовольствием вдыхая бодрящий воздух. Треск цикад, тоненькие попискивания крохотной птички в кустах… В Лардоже совершенно необыкновенные ночи.
– Ты идешь? – зашипел в ухо Дукос, развеивая романтику.
Мы обошли все места, где мог бы прятаться ворон, но никого не нашли. То ли пернатый действительно улетел далеко, то ли отлично скрывался. Первый вариант был бы прекрасным. А вот второй – подозрительным. Я всерьез размышляла, мог ли крылатый интриган услышать приказ колдуна не высовываться этим вечером и после него сочинить пакость. Пришла к выводу, что мог.
Внезапно Дукос вздрогнул и рванул в сторону деревьев, маня меня за собой.
– Прячься! Хозяин закончил. – Сверхъестественное чутье призрака уловило изменения в доме.
Но прятаться не потребовалось. Раздался хлопок портала; маг куда-то отправился.
Некоторое время царила блаженная тишина, а затем ее разорвал дикий вопль:
– Соана! Спаси-и-и!
Некоторое время мы с Дукосом ошарашенно таращились друг на друга.