Ворохи листьев поднялись во весь рост. Это были люди. Колдуны. Во всем черном, с боевыми заклятиями на ладонях. И, распрямившись, все трое потянули носом. А затем переглянулись и кивнули, словно мысленно договорились о чем-то.
Таким нельзя дать себя окружить! В отличие от меня, в роскошном платье с обнаженной спиной, эти выглядели подготовленными. Черные плотные одежды облегали фигуры как вторая кожа. Множество ремешков охватывали предплечья, плечи, даже бедра, тянулись по груди. И к ним специальными зажимами крепились кристаллы. Если маги опустошат резерв, в ход пойдут заготовленные заранее заклинания.
«Ты ее видишь?» – на краткий миг сверкнуло в голове.
Очевидно, один из темных послал мысль, предназначенную подельникам, громче положенного. В голове шикнуло, и звуки прекратились.
Сомнений, что они пришли за мной, больше не осталось. Выскочив из-за дерева, я метнула в противника первое, что у меня было: те самые молнии. Целилась в голову. Один колдун с легкостью увернулся, среагировав на вспышку. А вот второй выстрел достиг цели. Послышался хлопок, сдавленные ругательства, запахло магией. Кажется, я угодила в запас кристаллов. Тоже неплохо. Надо и остальным запасы уничтожить. Мои враги нырнули за деревья. Спряталась и я. Вот и все, Соана. Эффекта неожиданности больше не будет. Сверху зашумело. Крылатая тень с криком и хлопаньем крыльев сорвалась с места, ломая ветки и сучья. Закружила там, где были колдуны, костеря их на своем, птичьем.
«Не отвлекайся! – хлестнуло чужим приказом. – Это просто ворон».
– Мы тебя поймаем, девочка, – вкрадчиво произнес один из колдунов вслух, больше не таясь. – Нас трое, и мы сильнее. Мы тебя чуем. Просто сдайся сразу. Обещаю, ничего плохого тебе не сделаем.
Так я и поверила! Бросила взгляд на кляксу: через нее чуют? Или я громко дышу?
Выскочив с другой стороны от дерева, пальнула, на этот раз прозрачными сгустками. Одна гибкая тень снова метнулась в сторону раньше, чем моя атака достигла цели. Кто же такой шустрый? А там, где я недавно стояла, ствол дерева взорвался щепами: его снесло тремя мощными взрывами-молниями. Оправившись от шока, я собралась бежать дальше. Но, повернув голову, уперлась в черный, горящий торжеством взгляд. Пока я гоняла двух колдунов, третий вычислил меня и подкрался.
– Попалась!
Крепкая рука схватила за горло, стиснув что есть силы. Открыв рот, я захрипела. Колдун же показательно щелкнул пальцами свободной руки, с них сорвалась зеленоватая струйка дыма и сковала мне запястья.
А потом меня потащили в неизвестность.
С громким криком я распахнула глаза. Сон! Это всего лишь сон. Облегчение нахлынуло так остро, что некоторое время я просто дышала, прижимая руку к груди, ощущая, как заполошно колотится сердце, наслаждаясь поступающим в легкие воздухом. Какое же сладкое чувство! Перед глазами постепенно таяли черные мушки, будто меня в самом деле недавно душили. Что это было? То самое, о чем говорил Илгра? Продышавшись, посмотрела на запястье. Пятно, которое во сне виделось с яблоко, в реальности было размером со среднюю фасолину. Я с облегчением выдохнула, прикрывая глаза. Хотя радоваться было нечему. Вчера оно было с горошину. Значит ли это, что размером кляксы можно отсчитывать, сколько дней мне осталось до удушения?
Одевалась я очень тщательно, подбирая одежду с длинным рукавом, и в итоге отдала предпочтение платью из плотной ткани. Про пятно никому ничего не сказала. Однако мысли по поводу его появления терзали самые разные. Возможно, это глупо, но все они были связаны с Илгрой. Первое: это магическая зараза. Я провела время в постели с темным магом и получила кляксу. Дальше варианты разнились. Это наказание за то, что я возлегла с темным магом, чего делать не следовало. Вредно простым девушкам с колдунами якшаться! Другой вариант нашептывал, что я не довела дело до конца. Возлечь возлегла, но все ограничилось поцелуями. Вдруг не только поцелуями надо было? Ситуация требовала тщательного исследования.
На улице вечерело, во дворе меня встретили довольные аекки, Дукос, который теперь не отлетал от них далеко, и сосредоточенный Илгра.
– Выспалась? – синий взгляд прошелся по фигуре, отмечая и бледность, и закрытое платье. – Видишь, она жива и здорова.