– История человеческой подлости, когда глубокие чувства становятся разменной монетой для достижения цели.
Пожав плечами, Иелграин провел над могилой рукой, и она поросла алыми цветами. Нежные создания закачали на ветру яркими, как кровь, головками, клонились к земле.
«Спи спокойно», – почудилось мне в шелесте лепестков.
После этого маг поднялся, убрал куклу и ссутулился, засунув руки в карманы. Я молчала, боясь прервать тяжелую тишину. Но все-таки прав был Иелграин: женское любопытство неискоренимо. Оно терзало и грызло. И я не выдержала и спросила:
– Как вышло, что она умерла?
Илгра молчал долго. Так долго, что я начала думать, что он уже не ответит.
– В тот роковой день я придумал, как нам избавиться от хватки Баргеста, – тусклым голосом продолжил он. – Вырвать из лап клана Атэшу. Кантон с его правилами и условностями оплел ее, будто паутиной. Я не сразу заметил разницу, но она стала меняться. Всегда хотела путешествовать, а тут начала отговариваться работой. Сделалась нетерпимой, жесткой. Все чаще просила меня создавать вещицы, до краев наполненные темной магией. К тому моменту мы начали работать вместе в лабораториях Баргеста. К нам в команду набился и ее бывший жених, буквально выклянчив у главы разрешение. Фэтти обещал вести себя смирно и держал слово. Злобные взгляды не в счет. Но все-таки мало я знал о Темных! Подозревал, что Фэттиан притворяется смирившимся, но решил, что у него не осталось лазеек вернуть девушку. А он тогда обзавелся особыми друзьями: близнецами Зоиррс. Как ты знаешь, один из них – менталист. По приказу Фэта тот ментально воздействовал на Атэшу. Когда я это заподозрил, то начал создавать особенное украшение. Оно должно было уничтожить воздействие. Но ожерелью все время чего-то не хватало! На испытаниях оно взрывалось. Свет никак не хотел соседствовать с Тьмой. И я не был уверен, что в таком виде ожерелье не причинит Атэше вреда.
Ожерелье… Я невольно провела пальцами по шее и груди, куда однажды впитались переливающиеся Луной и Солнцем бусины.
– Верно, – буркнул колдун. – То самое ожерелье. Тогда доделать его я не успел. Много сил тянуло на себя придуманное заклинание. Мы дали ему имя – Укрощение Смертельного Пути, потому что с его помощью можно было вернуться из-за Грани невредимым. Главное, соблюсти ряд условий, одно из которых – умение ведущего мага слышать Тьму. Заклинание было новым. Никто раньше подобного не создавал, но шансы на успех были велики. Атэша то пылала энтузиазмом, то плакала навзрыд и говорила, что нам не стоит прибегать к помощи Смерти. Но я уговорил ее рискнуть. По задумке мы оба должны были умереть, а затем воскреснуть в другом месте.
Ахнув, я прикрыла руками рот.
– Добровольно умереть… Кто решится на такое?
– Вот и Атэша так говорила, – вздохнул колдун. – На то и был расчет. В Баргесте нас сочли бы погибшими. Я все продумал до мелочей. Схему заклинания, руны, перепроверил потоки магии. Мы уехали в горы, начали ритуал. Наши тела должны были найти на горной тропе под завалом. Но когда ритуал начался, вмешались колдуны из Клана Атэши. Позже я узнал, что они скрытно следовали за нами. А место ритуала им выдала сама Атэша. Кто-то из этих гениев решил, что огонь направит новое заклинание в нужное им русло. Испортит руны и ставшие бесконтрольными потоки магии уничтожат ведущего мага. То есть умру я один. Вот только они понятия не имели, что силу заклятия я разделил на двоих.
Мурашки пробежали по спине. Илгра замолчал. Но по его взгляду я догадалась, что случилось дальше.
– Когда запустили огонь, мы оба вспыхнули как факелы, – безжизненным тоном продолжил Илгра. – Атэша вспыхнула. На моих глазах. Что я только ни подумал тогда! Ошибка в расчетах. Заклинание уничтожило Искру, и я перегорел, не справляюсь… Остатки магии бросил на тушение огня, и оказалось, что Искра на месте. Сил много. Огонь я потушил, но… Крики продолжались. Кричала Атэша. Настоящая Атэша! Тогда как та, что до этого стояла напротив меня, лежала в траве сломанной куклой! – рыкнув, Иелграин сжал кулаки и полыхнул Тьмой во все стороны.
– Что?! Но как?
– Та, что была со мной, оказалась иллюзией. Пока я тушил ее, настоящая Атэша продолжала гореть. А придурки из ее Клана так растерялись, что мешали друг другу, вместо того, чтобы действовать!
– Ментальное воздействие, – прошептала я, догадавшись.
– Верно. Оно не прекращалось. Под ментальным воздействием Атэша докладывала все наши планы семье. Они знали о заклинании. Знали, что мы собираемся предпринять. Кроме менталиста, на Атэшу давил весь Клан. Убеждали, что побег – это лишнее. И в какой-то момент она сломалась. В горах перед самым ритуалом потихоньку ускользнула в сторону, и ее место заняла иллюзия. Моя вероломная и невинная Атэша… Я убил любимую собственными руками, Соана. Когда нашел ее по крикам, она уже мало походила на себя. От боли кинулась в пропасть, – голос Илгры сорвался. – Я виноват.