Но самое главное было не это. Самым главным было то, что я увидела в центре этой самой кровати, застланной белым стеганым атласным покрывалом.
Там сидел Уильям. Черные глаза моего дракона смотрели в упор, смотрели с любовью и обожанием, но не на меня… А на ту, кого он сжимал в своих объятиях — это была Лилиан в наполовину расстегнутом парчовом халате.
Вокруг кровати была какая-то невидимая пленка, ограждение, потому что Матильда лишь бессильно клацала зубами и махала своим посохом, но добраться до парочки не могла.
— Уильям! — закричала я и бросилась к кровати.
Муж даже головы не повернул, весь поглощенный Лилиан. Зато сама ведьма охотно уставилась в мою сторону, насмешливо сверкая глазами и глумливо ухмыляясь. Она словно специально обвивала руками шею Уильяма и без конца страстно его целовала. Он отвечал ей тем же… Казалось, еще немного, и они предадутся страсти прямо у всех на виду.
Мои руки наткнулись на невидимую преграду — прочную и упругую. Увидев это, Лилиан расхохоталась, демонстрируя завидный хищный оскал и запрокинула голову, оголяя шею. Уильям тотчас принялся эту шею целовать…
— Почему не получается туда пробраться? — вне себя от злости, я схватила фею за плечи. — Почему?!
— Ты должна показать ему что-то, — отозвалась Матильда, мягко отстраняясь, но не сердясь на меня. — Что-то, что памятно вам обоим.
Я принялась думать, шевелила мозгами так, то казалось, они сейчас вскипят и всплывут наружу из черепной коробки. У меня не было ничего памятного, кроме обручального кольца, но вряд ли это поможет, ведь Уильям видел его лишь однажды, когда надевал мне на палец при обручении.
Не слишком надеясь на удачу, я сняла бриллиантовый ободок и принялась размахивать им перед лицом Уильяма, ловя его взгляд. И он посмотрел! Но едва лишь глянув, равнодушно отвел взгляд, вновь сконцентрировавшись на Лилиан.
Та снова принялась смеяться. У меня же на глазах выступили слезы. Это нечестно! Несправедливо вот так красть чужих мужей! Эх, будь у меня помолвочное колечко, Уильям бы тогда точно вспомнил обо мне… Но кольцо я потеряла, разиня! Я заскрежетала зубами в бессильной ярости и принялась с разбегу штурмовать невидимую преграду. Но та пружинила, как батут, в результате чего я каждый раз отлетала то на метр, то на два.
Когда в очередной раз я улетела к стене, больно ударившись о дверной косяк, разбежаться снова не смогла. Потому что сзади меня удерживали чьи-то руки.
— Ну все, Алиса, уймись, — Оливер говорил деловито, но строго, фиксируя меня на редкость надежно. — Не стоит так бушевать. Видишь, это не помогает. Давай подождем, не будут же они неделю там сидеть.
— Неделю! — при этом слове я взвилась так, что готова был лопнуть от злости и бессилия. — Ты хочешь сказать, что мне придется столько времени смотреть на это? Ну уж нет!
И я решилась. Мне стало неважно, что подумает Оливер и как отреагирует на новость, но я вырвалась из его рук и подбежав вновь к кровати, заорала:
— Смотри, Уильям, я ношу твоего ребенка! Настоящего дракона! Вот он, здесь!
И задрав куртку, обнажив живот, я гордо ткнула в него пальцем.
Глава 31
Я не видела реакцию стоявшего позади Оливера, зато прекрасно увидела, как поменялось выражение лица Лилиан, сменившись с торжествующего на удивленно-злое. А самое главное — увидела, как мутный взгляд Уильяма постепенно проясняется.
И вот он уже встает на ноги, отшвыривая от себя Лилиан. Та кричит, тянется к нему, ползет, стараясь схватить короля за штанину и умоляет о чем-то, но тот только брезгливо отпихивает надоедливую бабу.
Наконец черные глаза застывают на мне и моем животе. Тот пока еще слишком мал, но все-же более округлый, чем был.
— Да, тут твой ребенок, Уильям, — плачу я от радости и глажу брюшко, одновременно замечая, что действие моей магии кончилось, и из кадавров мы вновь стали сами собой. — Он здесь! Смотри! Иди к нам.
Король делает шаг, еще один…. Но вот натыкается на преграду, принимаясь с бешеной яростью рвать ее руками. Та не поддается. Лилиан, которая отползла за кровать, мерзко хихикает, напоминая сейчас каноническую злобную ведьму из сказок.
— Сделай что-нибудь! — умоляю я Матильду. — Выпусти его!
И тут же сама принимаюсь шептать первые пришедшие на ум заклинания. Конечно, на ум мне приходят заклятья огня и вот уже в невидимую преграду, отделяющую меня от мужа, летят шаровые молнии.