— И разумеется, он должен наследовать отцу, — густым басом вторил ему министр обороны.
— Но коли церемонию не провести, то если при родах с вами что-нибудь случится, — дополнил общий хор министр здоровья и тяжело вздохнул. — Боюсь, в таком случае, сделать вашего сына законным правителем уже не получится.
— Как это? — возмутилась я.
В то утро министры пришли в резиденцию с настоятельным намерением добиться церемонии. А меня мучил токсикоз, поэтому я была готова почти на все, лишь бы они поскорей ушли.
— Разве мой будущий ребенок не наследник короля сам по себе? — продолжала возмущаться я, еле сдерживая позывы рвоты. — Зачем еще какая-то церемония?
Я просто не была уверена, что способна в таком состоянии выдержать любую церемонию в принципе.
— Безусловно, он наследник, — с вкрадчивой улыбкой согласился министр магии.
Этот старикашка в остроконечном колпаке не особенно мне нравился. Было в нем что-то… ехидное. Как будто он всю жизнь тайком наводил порчи, притворяясь добродетельным колдуном. И имя у него было соответствующее — звали министра господин Аид.
— Но, госпожа королева, — продолжил гнуть свою линию Аид под одобрительные кивки остальных министров. — Церемония обязательна. Это традиционный и древний ритуал, который проводится в драконьем роду с незапамятных времен.
— А принцу Оливеру его проводили?
— Нет, — покачал головой министр обороны. — Дело в том, что может вы не в курсе, но принц Оливер был усыновлен королем Уильямом, когда мать принца скончалась.
Точно, это я уже знала. Как и то, что Оливеру тогда было лет пять.
— Конечно, принц Оливер — безусловный сын короля, но его мать не проходила церемонию посвящения во время беременности, — с кислой улыбкой добавил министр магии. — Может, поэтому тот и не родился настоящим драконом, ну вы понимаете?
Это была последняя капля. Я не могла допустить, чтобы мой ребенок родился недраконом. Уильям ждал дракона, я тоже. Конечно, Матильда говорила, что у меня в животе и так вроде бы дракон, но кто знает?.. Фея могла ошибаться, не предусмотрела же она нападения Альмы?
В итоге церемонию назначили на завтра.
— Ближе к полуночи проведем, — добавил министр магии со своей неизменной улыбкой. — После церемонии ваш будущий ребенок станет настоящим наследником и сможет взойти на престол в случае…
Он не стал снова уточнять, что со мной может случиться, а просто быстро и вежливо откланялся. Вслед за ним отчалили и остальные министры. Я осталась одна и принялась размышлять. Вроде бы все было правильно и логично, но что-то меня смущало.
Посоветоваться мне было не с кем. Все знакомые, друзья и семья были далеко, к тому же неизвестно где. Коты тоже толком на этот счет ничего сказать не могли, поскольку о древних церемониях сами ничего не знали.
Я пошла в библиотеку и принялась искать в книгах сведения об этой таинственной церемонии посвящения. Странно, что Уильям ничего мне об это не говорил, если это так важно… Хотя может, когда он был на месте, церемония не имела большого значения, ведь он уже правил страной? А теперь если я умру, скажем, во время родов, о мой сын или дочь — они должны родиться настоящими драконами, чтобы иметь шансы на наследование престола. К этому времени я уже знала, что Оливер мог наследовать отцу, только если тот подпишет соответствующий указ еще при своей жизни, поскольку сам по себе принц драконом не являлся.
Перерыв огромную кучу книг, я не нашла ничего о церемонии. И невесело размышляя по этому поводу, вдруг вспомнила о Беннете — юристе, который приезжал во дворец подписывать со мной брачный контракт. Этот крючкотворец показался мне тогда весьма порядочным и умным.
У статуса королевы имелись свои преимуществ. Поэтому я безотлагательно вызвонила юриста по хрустальному шару. По ежедневным докладам тайной полиции я уже знала, что разговоры через шары и кристаллы прослушивались, так что вызвала Беннета для личной беседы. И даже открыла для этого магический портал в подвале резиденции.
Вскоре мы уже сидели с юристом в одной из гостиных личных королевских покоев. Выслушав меня, задав кучу наводящих вопросов и уточнив некоторые важные, по его мнению, моменты, Беннет выдал категорический вердикт:
— Советую отказаться.
— Почему? — уставилась я на него.
Беннет поднял фарфоровую чашечку и поглядел сквозь нее на солнечный луч, бьющий из-за окна. Тонкий фарфор просвечивал, а янтарный напиток в нем горел, как пламя. Юрист одобрительно цокнул языком и отпил глоточек. Затем поставил чашку на стол рядом с большим блюдом, наполненным пирожными и повернулся ко мне, внимательно глядя в глаза.