Подлец устало улыбнулся.
— — Прости, но мы должны были убедиться, на что ты способна и насколько опасна. Я не могу полноценно залезть к тебе в голову, не навредив, поэтому мы с Фредериком придумали испытание. Нужно было проверить, не подчиняет ли растущая магия твоё сознание, — невозмутимо пояснил он.
Внутри зазвенела холодная ярость.
— Проверил? — злобно спросила я, чувствуя, как руки чешутся залепить ему звонкую пощёчину.
— Проверили, — подтвердил Фердинанд. — Никакая ведьма не позволила бы связать свою силу и уж тем более сама бы не предложила от неё отказаться. Соблазнила, околдовала, кинула бы меня на растерзание паразитам и сбежала. Но точно не предложила бы отдать магию. Это всё ещё ты, моя Юли, — последнее слово он почти выдохнул.
Даже потянулся к лицу, словно собирался поцеловать.
Серьёзно?
Он что, ждёт, что я зарыдаю от радости и кину́сь на шею?
Ярость бурлила внутри, а усталость заставила страх и инстинкт самосохранения отступить.
— Ах ты гад! — всё, что смогла выдавить в ответ, и всё же попыталась зарядить этому наглому ректору в нос.
Руку поймали, меня развернули, а шеи коснулись горячие губы.
— Даже спорить не буду, сладкая. Гад – каких поискать. Но я готов всё компенсировать. Прости, я пытался не переборщить, но когда ты применила магию в лабиринте, почти поверил, что окончательно тебя потерял, — хрипло произнёс Фердинанд.
— Я и до той ночи умела с ним договориться. Он хорошо понимает слова “секатор” и “садовая мебель”. А вот чем пугать принца – нужно ещё подумать, — рычала я, вырываясь.
Вместо того чтобы отпустить, Фердинанд подхватил меня на руки и унес в сторону кровати.
Ректор кинул в воздух шар и произнёс заклинание, а спустя мгновение в комнате исчезла вся пыль, и на кровати оказались свежие простыни.
И именно на эти простыни меня опустили с видом благородного принца.
Что ж, я отомщу.
Пусть я полу-ведьма, но отомщу как настоящая. Только вот помилование своё всё же получу в письменном виде. А потом обязательно отомщу этому напыщенному гаду.
Пока я планировала планировать месть, Фердинанд стянул рубашку и взялся за штаны.
От такой наглости я даже отвлеклась от своих злобных фантазий на тему того, как наслать проклятие вечного поноса на брата Императора и не угодить на виселицу.
— Даже не думай! — шикнула я, указывая на лежанку.
Принц проследил за рукой и нахмурился.
— Это ты даже не думай. После того как тебя чуть не сожрали прямо в нашей постели, я буду спать только тут, — безапелляционно заявил Фердинанд. — Камень защищает от паразитов. Но остальная защита уничтожена, и в комнату может пробраться кто угодно, — строго добавил он, сложив руки на груди.
Судя по тону, спорить было бесполезно. Это не просто прихоть — он говорил серьезно.
Я всё ещё оставалась гордой, но не глупой, а потому укуталась в одеяло и демонстративно повернулась к мужчине спиной.
— Спи, Юли. Как только я наведу порядок в лабораториях, нам предстоит прогулка во дворец, — прошептал он мне в волосы.
Вот после такого спать совершенно расхотелось. Но и поворачиваться я не стала.
Нужно дождаться утра и посмотреть, что будет, а уже потом решать, как себя вести и что делать дальше. Вздохнув, я закрыла глаза и приготовилась к долгим мучительным засыпаниям.
Вышло совсем иначе. Горячая рука обвилась вокруг талии, и я вздрогнула.
— Раз уж упрямство не позволяет тебе пользоваться кулоном, я помогу уснуть, — прошептали в волосы, прижимая к горячей груди.
Голова велела оттолкнуть наглого мужчину, но я слишком устала. Только оказавшись в его объятиях, поняла, насколько вымоталась. Вся эта бравада сарказма и самоуверенности слетели, и внутри осталась напуганная девочка.
Напуганная маленькая Юля, которой хотелось, чтобы вот так кто-то сильный прижал её к своей мощной груди и заставил поверить, что всё будет хорошо.
— Если ты снова играешь со мной, я точно стану ведьмой и нашлю на тебя какое-нибудь страшное проклятие, — пообещала я Фердинанду, прижимаясь к нему крепче и кутаясь в одеяло.
В ответ прозвучал хриплый смех, а волос коснулись горячие губы.
— На менталисте проклятия не работают, сладкая. Хочешь отомстить – придётся стать моей женой, чтобы мелко пакостить каждый день, пока не надоест, — прошептал он.
Если это было предложение, то я эльф в кепке.
Проигнорировав намек на будущую свадьбу, я устроилась удобнее.
— Мг, отомщу обязательно, даже не сомневайся, — выдала слабую угрозу и закрыла глаза.
Тепло его груди обволакивало, дыхание обжигало макушку, и вместе с ритмичными ударами сердца, дарило странное ощущение безопасности. Может оно было мимолетным или я слишком хотела верить что наконец весь этот кошмар закончился, но это сработало и сознание медленно уплыло в темноту.
Глава 44. Привилегии
Спокойная жизнь, как сон, рассеивается, едва наступает рассвет. Моё безмятежное существование в ректорской башне оказалось столь же недолгим.
— Юля, в Академии порядок, защита снова работает. Сегодня нас ждут во дворце, — порадовали меня, ставя поднос с завтраком на стол.
Книга, которую ректор добыл в лабораториях ведьм, дрогнула в руке, и я громко захлопнула её, демонстративно бросив на стол.
— Лучше я к паразитам в колонию прогуляюсь, — тихо проворчала, скрестив руки на груди.
Фердинанд усмехнулся, сел рядом, погладил меня по голове и притянул в объятия.
— Сладкая, тебе нужно помилование или нет? Брат даст его только лично тебе и лишь при условии, что за тобой будет присматривать кто-то из менталистов, — сказал он самым противным, снисходительным тоном.
Когда он говорил ТАК, я чувствовала себя капризным ребёнком и от этого злилась ещё сильнее.
— Это худшее из возможных предложений. Ты просто шантажируешь меня: либо казнь, либо должность жены, — не сдавалась я.
Фердинанд тяжело вздохнул:
— То есть ужина в лабиринте и предложения с кольцом, как в твоём мире, оказалось недостаточно? — напомнил он.
Судя по рычащим ноткам в голосе и искреннему недоумению, читающемуся на лице, я переигрывала. Чудище начинало терять терпение, и, похоже, во дворец меня либо поведут, либо понесут.
Нет, против того, чтобы меня прокатили на ручках, я не возражала.
Но не сейчас.
Потом.
После обряда и уже в статусе жены.
Сейчас я убедительно играла недотрогу, а ректор терпел. Рычал, мученически закатывал глаза, будто уже научился молиться. Но терпел.
Да что уж душой кривить, предложение по всем правилам и канонам любовных романов я всё-таки получила. И принц, вставший на колено, и даже полная луна, отражающаяся в его глазах. И я — играющая в невинную леди, в то время как хотелось закричать “ДА!” и позволить утащить себя в постель. И совсем не для того, чтобы спать, как мы делали прошедшие дни.
Но нет, я продолжала изображать недотрогу, хотя желания в голове и в теле бродили совсем не детские.
Особенно после того, как этот щеголь красовался передо мной обнаженным торсом, а потом ночью крепко прижимал меня к этому самому накачанному месту, без тени смущения.
Ох, бедное мое самообладание… оно работало на максимальных оборотах.
Вспомнив о всех пытках соблазнением, я скользнула взглядом по красивому ободку на пальце и решила больше не тянуть тигра за хвост.
Хочу я того или нет, придётся позволить Илариону покопаться у себя в голове.
Не хочу, но надо.
Спрятаться за стенами Академии больше не выйдет. Остаётся надеяться, что новая прогулка к Императору закончится не так плачевно, как предыдущая.
Две недели я отнекивалась от визита во дворец: то ссылалась, что после дурацкого испытания нужно прийти в себя, то — что ещё не готова к новым сюрпризам. А ещё — на головную боль, на недосып, на то, что болит живот.