– Поговори с мастером, чтобы сшили подходящий наряд, и, кстати, почему ты до сих пор без платья?
– Я одета… была, если помнишь. И да, мне прислали платье, но слишком дорогое и нарядное для города или лаборатории.
– Поговори с ним – скажи, что хочешь, и избавься от этих дешевых тряпок.
– Йен! Ты переходишь границы личного, – разозлилась Соль. – У нас сделка на полгода моей стажировки, и всё!
– Правда? Первый раз об этом слышу, – хмыкнул лорд иронично.
– В смысле? Так… давай еще раз, – насторожилась она.
– Перенесем этот вопрос на вечер и возвращение Инга. У меня еще куча дел на сегодня, а я хочу провести побольше времени с тобой.
– Хорошо. Идем так, потом зашнуруюсь.
Кухня не изменилась, кроме возросшей суеты и активности. Всё же в замке постоянно проживало под сотню человек, а днем кормить обедом приходилось еще больше. И если добавить завтрашний приёмный день, когда всех стоящих в очереди к лорду бесплатно кормили булочками и чаем, то активность более чем объяснима.
Но приход лорда, естественно, заметили, как и услышали его слова:
– Отвлекитесь на пару минут и уберите то, что может сгореть.
– Вперед, Мышка, – шепнул он ей на ухо.
Лист перед глазами, магия Йена пополнила ее собственную ауру, и Соль начала переносить готовую вязь с бумаги в пространство. С рунами всё просто и сложно: четко и внятно говоришь миру, божественному, разлитой в воздухе силе, что именно хочешь сделать. И что-то, наполняя изображение, осуществляет твое желание. Проблема в одном – не всегда хватает сил у желающего и свободной магии в воздухе для выполнения задуманного, но если в это дело добавляется божественное, ситуация меняется от и до.
Руны вспыхнули в воздухе и пропали. Все находящееся на кухне словно провалилось. Мебель дернулась. Пространство пришло в движение. Пол. Стены. Потолок.
Йен покачнулся и начал заваливаться вперед на Соль. Она удержалась чудом, сделав пару шагов и упершись в массивный стол. Тут же подскочил кто-то из гвардейцев и поймал заваливающегося герцога.
Йен потряс головой, но не отстранился, тяжело наваливаясь на крепкого мужика с обезображенным лицом и рукой. Мастер Фарук – начальник личной гвардии и боевой маг невероятной силы. А еще не самый приятный человек, на взгляд Соль. Он единственный, с кем она толком не поладила, с другой стороны – ни тогда, ни сейчас этого не требовалось.
Мгновенно мелькнувшая мысль, и Соль, пошатнувшись, подскочила, чтобы, поймав Йена, притянуть лицо к себе и начать перегонять силу через поцелуй. От себя и к себе, от себя к себе… Несколько раз. И лорд пришел в норму, углубив и добавив толику силы от себя. Он же первым отстранился.
– Я с войны не выкладывался в ноль и не скажу, что не норовлю повторить этот опыт.
– Мы восстановили кухню, – отметила Соль.
– Не такой ценой, – категорично ответил он.
– Давай ты еще подумаешь, а потом решим.
– Соль, – он тяжело надавил тоном, аурой, властностью, отстраняясь от Фарука.
– Йен, у меня есть рунная связка на Большое исцеление и Благодать! – выложила она козыри с улыбкой.
– Благодать? – недоверчиво переспросил Йен. – Настоящая рабочая благодать?
– Именно. Поэтому как минимум раз в год я вас с Ингом опустошу для благодати на герцогство. Правда?
– Думаешь, сможешь растянуть так далеко? – не поверил он.
– Я нет, а мой бог да.
– И в кого ты стала так истово верить, Мышка?
Соль сложила руки и кокетливо произнесла:
– В Уулху. Я верю в бога Хаоса, а он верит в меня!
– В Уулху? – недоверчиво повторил Йен. – В сверхтемного бога Хаоса и привратника Бездны?!
– Хаос – это не когда все умерли, а когда бегают с криками «Сейчас мы все умрем», Йен. Вы узнали о моей вере в него, и у вас уже воцарился хаос, то бишь моего бога стало капельку больше. Поэтому восстановился пол, стены, вернулся тот первый потолок из замечательного камня, но при этом все шкафчики перекосило, столы нужно ровнять, это всё снова придаст хаос. Зато рунная связка сработала без осечек. И благодать сработает так же – поскольку сам ее факт посеет хаос. А для моего бога это основное: не важно, лучше стало или хуже, главное, чтобы веселее, активнее и с суетой.
Йен выглядел не слишком довольным и счастливым, но возражений не нашел и покинул кухню в полной тишине.