Нельзя сказать, что жизнь превратилась в сказку, ложкой дегтя служил мастер Рамихо и местная аристократия. Портной отказывался искать общий язык и, хотя вынужденно обшивал Соль, делал это на свое усмотрение, умудряясь и выполнить ее пожелания, и переврать их так, что хотелось кричать. Инг посмеивался, но менять портного не думал, во всём остальном тот братьев полностью устраивал.
Местечковую аристократию Соль тоже не радовала. Все девицы на выданье мечтали стать герцогиней, и появление фаворитки рядом с Йеном их нервировало. Хотя Соль после ритуала жертвоприношения не могла иметь детей, чтобы претендовать на стабильное место рядом, но оказывала слишком большое влияние, и это никого не устраивало. А если учесть, что их отцы и прочие родственники так или иначе оказывались в замке по делам, частенько прихватив прекрасную половину для развлечения, то возможностей завуалированно оскорбить появлялось достаточно.
Не то чтобы Соль откровенно пряталась и избегала встреч, но ввязываться в конфликты и разборки желанием не горела точно. Особенно упертой была дочь градоправителя – хорошенькая блондинка с толикой дара, достаточной для проведения ритуала привязки сил и зачатия наследника. При этом с градоправителем приходилось общаться по поводу культурного центра, и это усугубляло ситуацию.
А самое обидное, что ни Йен, ни Инг не вмешивались, и это тоже неприятно цепляло.
В общем, не то чтобы плохо, но и не сказать, что хорошо…
Жизнь шла своим чередом до Дня перелома лета. Праздник и официальный, и неофициальный, и просто всенародный. Событие лета и событие для братьев.
С утра начала работать ярмарка на площадке на краю города. Йен посетил ее вместе со свитой, дабы подданным показаться и самому осмотреться.
Инг всю неделю пребывал в раздрае с количеством работы и обязательных дел и выглядел, как свежий труп. Ни обмен энергиями, ни сон, на котором наставала Соль, существенно ситуацию не меняли. Хотя, по словам мастера Дарга, в этот раз «как огурчик, обычно бывало хуже».
Соль честно отдыхала, любовалась видами и наслаждалась жизнью. Что-то последнее время ей иногда становилось нехорошо, самодиагностика проблем не выявила, поэтому она честно отнесла проблему на нервозную обстановку и окружение и успокоилась. Точнее, найдя причину, пробовала расслабиться, чтобы всё вернулось в нормальное состояние.
Поэтому отдых, новый любовный роман, только-только выпущенный и уже доставленный в герцогскую библиотеку, и травяной отвар для отдыха и расслабления.
Полдень приблизился незаметно и неприметно и ознаменовался появлением Инга:
– Мышка, переодевайся, пошли творить Благодать.
– С тобой?
– С обоими. Где твое удивительно красивое платье?
Мастер Рамихо сшил платье по заказу с разрезами по бокам, позволяющее как быстро открыть, так и закрыть живот. Но будучи человеком мстительным, утяжелил лиф до невозможности и сделал неудобным верх, дескать, для фиксации платья на месте в раскрытом виде. По ощущениям, Соль надевала верхнюю часть металлического доспеха.
Сборы и путь по винтовым лестницам и переходам на самую верхнюю площадку замка, когда-то бывшую смотровой и сигнальной. Город внизу с такой высоты завораживал и потрясал, а долина по другую сторону казалась игрушечной, словно лоскутное одеяло с вышитым рисунком. А еще здесь припекало солнце, и дул ветер, весьма приличный ветер. Пришлось вцепиться в бумагу с рунной вязью благодати и, убедившись, что Ингу и Йену будет на что опереться, приготовилась.
Заодно она смогла отдышаться от подъёма и кокетливо уточнить:
– Давай организуем тут романтический ужин, чтобы нас точно никто не прервал?
Инг расхохотался:
– Спорим, и сюда поднимутся? Найдут причину для вмешательства.
Тут из люка появился Йен и, найдя их, улыбнулся.
– Отдыхаете?
– Обсуждаем романтический ужин, который точно никто не прервёт. Ты даже не запыхался! – возмутилась она невпопад.
– Романтический ужин прервут, тут всего пару сотен ступенек. И да, если чаще тренироваться, будет легче на лестницах.
Оба брата встали по сторонам и положили руки ей на живот. Соль поёжилась и принялась за перенос рун в пространство перед собой. Сила потекла медленным потоком, постепенно набирая мощь, а после того как руны принялись повторять братья, устремилась сплошным потоком.