– Теперь рассказывай!
– Уже всё сказала, – недовольно сообщила та и вдруг бросила: – Не понимаю, как ты можешь так легко относиться ко всему. Ты тут в роли любовницы, это временно и, конечно, почетно, но…
– Это мое маленькое приключение за пять лет тяжёлой учебы, – легко отозвалась Соль. – Главное – четко расставить приоритеты и следовать им. Чтобы, как ни глупо это звучало, было что вспомнить в старости и не пожалеть об упущенных возможностях.
– Думаешь?
– Либо это приключение, либо ты жертва обстоятельств. Какой вариант приятнее?
– Глупый выбор…
– Тебе не понравилось?
– Понравилось.
– Так зачем лишать себя удовольствия? Дом, семья, быт, работа. Мы еще успеем в этом завязнуть, ты же понимаешь? Как говорится, была бы шея, а хомут найдется.
– Мне всегда нравятся твои образные сравнения.
Тут снова заглянула Несса:
– Извините, но это правда, очень важно.
Очень важным и срочным оказался визит огромной многолюдной баронской семьи с претензиями, требованиями защиты и созданной суетой. Первое поколение из двух человек, второе аж из семи, третье – детей было уже десяток, и даже имелся младенец из четвертого. Все говорили, рассказывали, требовали, ссылались на нормы закона. Правда, подчиняясь законам гостеприимства, они принесли с собой что-то из угощений и настойчиво подсунули Соль «лучшие печенья» в герцогстве.
Пока Соль пробовала понять, в чём собственно проблема, прошла пара часов без явно разумной деятельности. Она уже была готова выставить их вон, когда ее вдруг накрыло…
Один из внуков старого барона показался настолько прекрасным и удивительным, что не находилось слов. Соль, будучи как в тумане, поднялась и двинулась к нему…
Совершенство…
Идеал…
Мечта…
Она не слышала людей, она не видела ничего и отмахивалась от преград, остановившись напротив. И тут, взглянув на воплощение мечты, увидела хаос на волосах. Ее хаос. Ее Уулху. Ее мужчина, которого она любит больше, чем бога…
Странные пузырьки по шее и позвоночнику заставили подпрыгнуть, и она, улыбнувшись, призвала:
– Уулху, приди. Я люблю и тебя, и его, а вместе вы будете невероятны!
Кажется, кто-то закричал, но это не имело значения, захват в петлю, и Соль, подпрыгнув, ушла в храм – стать ближе и роднее со своим богом…
Кажется, ее пробовали остановить, но это не точно.
Храм Уулху радовал тихими звуками и подвижностью.
– Отпусти меня, я приказываю. Отпусти, я тебя тоже люблю! Отпусти…
Соль опустила его в чашу бога, куда соскользнула следом со словами:
– Теперь мы всегда будем вместе, любимый.
– Нет…
6
Соль отлично отдохнула и с удовольствием проснулась, потянувшись в темноте.
Храм Уулху. Привычное понимание – она спала в чаше.
– Спасибо, – улыбнулась Соль.
Она радостно вышла на улицу, чтобы полюбоваться на чуть различающийся где-то вдали рассвет.
Площадь перед храмовым комплексом, как обычно, была пуста. Точнее, почти пуста. К Соль тут же устремились двое гвардейцев и еще пара человек.
– Как вы? – обеспокоенно спросил гвардеец.
– Отлично, а что? Что случилось, и что я пропустила?
– Доброе утро, госпожа Аисоль, – заговорил смутно знакомый мужчина. – Расскажете, что вчера было?
– А что вчера было? – насторожилась она.
– Госпожа, помилуйте моих родственников! – заговорил еще один незнакомец.
– Рассказывайте!
Рассказ о ее привороте семейством барона аж пятью методами, наложившимися друг на друга, много времени не занял. Соль откровенно опешила от подобной новости. Ее хотели приворожить, чтобы поправить свои дела и показать выскочке ее настоящее место, как уже делали несколько раз.
Появившийся вчера вечером принц Франг сразу же устроил открытое судебное заседание. Его вердикт довольно суров – лишение титула барона и всех потомков, наказание в виде отработки в течение нескольких лет для подливших приворот и огромная материальная выплата на счёт Соль.
Нервный тип был одним из непричастных к этой идее, хотя таких из присутствующих буквально пяток человек. И он просил о снисхождении и помиловании – отмены всех наказаний. Дескать, раз брат умер, то остальных можно отпустить, и оставить всё, как было.
– То есть вы предлагаете мне сказать принцу, что он не прав, наказав вас? И создать прецедент – дескать, можно привораживать, и никому ничего за это не будет?! Поскольку кто-то в герцогстве против воли принца крови? – возмутилась Соль. – Ни за что, причём я бы хотела узнать о прочих привороженных.
– Этим уже занялась стража, – подал голос гвардеец.
– Ты... ты еще пожалеешь об этом!
Соль разозлилась и пропела: