Гвин, худой, снова фыркнул. Борк взревел и сделал рывок к ней.
Ассоль отскочила назад, как кошка. Ее рука метнулась к поясу, но не за стилетом, а за одним из обрезков железа. Она не вытащила его, просто положила на него ладонь.
—Ой-ой-ой! Невежливо! Я же с вами культурно беседую, а вы — сразу руками! Вы что, варвары? Одичавшие потомки некогда великой цивилизации, которая, судя по остаткам, хотя бы правила этикета знала?
— Борк, стоп, — сказал коренастый человек. Его звали, как выяснилось, Торбин. — Она не простая. Смотри на нее. Весь вид в крови и пыли, а держится, как королева на смотре войск. И глаза… глаза не безумные. Опасные.
— Спасибо за лестную оценку, Торбин, — Ассоль кивнула ему. — Вы, я вижу, в этой группе исполняете роль мозгов. Мои соболезнования, работа, должно быть, адская.
— Отдай припасы, и мы тебя отпустим, — сказал Торбин, игнорируя ее колкость. — Честное слово.
— Честное слово? — Ассоль рассмеялась. Звук был резким, безрадостным. — Да вы что! У вас есть «честные слова»? А где вы их держите? В той же бочке, что и чувство юмора? Нет уж, спасибо. Я пару дней назад имела удовольствие побеседовать с джентльменами, которые тоже предлагали «честный обмен». В итоге я еле ноги унесла, а они, наверное, до сих пор верят, что в той пещере живет злой дух эльфов с плохим пищеварением. Так что вашему «честному слову» я предпочту вот это, — она наконец выхватила обрезок и бросила его на пол между ними со звоном. — Видите? Это — железный аргумент. Он хотя бы тяжелый и им можно дать по голове.
Она понимала, что заходит слишком далеко. Но остановиться не могла. Каждая язвительная фраза была кирпичиком в стене между ней и ними, между ней и ее собственным страхом. Пока она их злит и ошарашивает, они не видят, как дрожат ее руки от усталости, как подкашиваются ноги.
— Я предлагаю компромисс, — сказала она, делая вид, что обдумывает великодушное решение. — Я забираю то, что уже взяла — как плату за моральный ущерб от встречи с вашим… интерьером. И ухожу. Вы сохраняете лицо и остальные банки. И мы все делаем вид, что этой милой беседы не было. Идеально?
— Никуда ты не уйдешь, стерва! — зарычал Борк и, наконец, не выдержав, ринулся на нее, широко раскинув руки, чтобы схватить.
Это было то, на что она и надеялась. Прямолинейная, грубая атака. Ассоль не стала уворачиваться в сторону. Она рванулась навстречу, проскочив у него под мышкой в последний момент, когда он уже почти сомкнул объятия. Его инерция понесла его вперед. А она, оказавшись у него за спиной, изо всех сил толкнула его в спину, направляя прямиком на стеллаж с пустыми банками.
Борк с грохотом влетел в полки. Стекло зазвенело, дерево затрещало. На несколько секунд воцарился хаос.
Ассоль не стала смотреть на результат. Она метнулась к груде камней, ведущей наверх. Гвин попытался перехватить ее, но она, не замедляясь, швырнула ему под ноги одну из пустых бутылей, валявшихся на полу. Тот поскользнулся и рухнул с воплем.
Остался Торбин. Он стоял между ней и выходом, но не нападал. Смотрел.
—Ты очень злая на язык для той, кто одна против троих, — сказал он.
—О, это не злость, — парировала Ассоль, медленно отступая к груде камней, но держа его в поле зрения. — Это… социальная адаптация. В мире, где все хотят тебя съесть, притворяться милашкой — все равно что надеть на себя соус и кричать «кушайте!». А я не хочу, чтобы меня ели. Предрассудок такой.
В этот момент Борк, оглушенный и обсыпанный осколками, поднялся с проклятиями. Из его лба текла кровь. Его ярость достигла точки кипения.
—Я тебя порву!
Он снова пошел на нее, но теперь более осторожно, блокируя путь к отступлению. Ассоль поняла, что время слов закончилось. Она взобралась на груду камней, но Борк был уже близко. Его рука потянулась, чтобы схватить ее за ногу.
И тогда она использовала последний козырь. Не оружие. Не магию. Знание.
— Знаешь, Борк, — сказала она, глядя на него сверху вниз, — а ведь вы тут живете прямо на пороховой бочке. В прямом смысле.
Все замерли. Даже Борк остановился.
—Что? — хмуро спросил Торбин.
— Ну, я же эксперт, — Ассоль сделала многозначительную паузу. — Когда спускалась, провела экспресс-анализ фундамента. Ваш милый погребок, видите ли, построен на старых дренажных тоннелях. А те, в свою очередь, проходят прямо через газовую жилу. Сероводород, метан… такая смесь. От одной искры… — она щелкнула пальцами. — Бу-у-ум! И от вашего варенья останется только сладкое пятно на стене соседнего здания. Я, конечно, могу ошибаться. Но вы готовы проверить? Например, когда ваш местный богатырь будет ломать мне кости, а я в агонии урочу этот самый обрезок железа на камень? Искра, знаете ли, — штука такая, случайная.