Местность постепенно менялась. Чёрный базальт сменился серым, потрескавшимся сланцем, а потом и вовсе начала попадаться скудная, жухлая трава. Признак какой-никакой жизни. И, как водится, где жизнь, там и неприятности.
Она вышла на край глубокого оврага, на дне которого виднелось русло пересохшей реки, но в самой глубине, в тени скалы, поблёскивала лужица. Вода! Грязная, стоячая, но вода.
Спуск был крутым и опасным. Камни под ногами осыпались, грозя сбросить её вниз. Ассоль, цепляясь за редкие выступы, начала медленно спускаться, проклиная всё на свете: гравитацию, геологию, собственную неловкость и особенно тот миг, когда она решила, что знание важнее полной фляги.
Она была на полпути вниз, когда её Каменная Песнь, которая последнее время вела себя как пьяный сторож, вдруг забила тревогу. Не о камнях под ногами. О чём-то другом. О чём-то, что было… не от мира сего. Вибрации не были похожи ни на шаги тварей, ни на магический гул. Это было ощущение разрыва, трещины в самой ткани реальности. Холодное, противное, вызывающее тошноту.
Оглянувшись через плечо, она увидела их. На краю оврага, прямо над тем местом, откуда она начала спуск, воздух заколебался, как над раскалёнными камнями. Затем он порвался с тихим, похожим на шёлк, звуком, и из разрыва вывалились… существа.
Их было трое. Они не были похожи ни на что виденное Ассоль прежде. Не твари плоти, не механизмы. Они казались сотканными из теней и отблесков багрового пламени. У них были гуманоидные формы, но с неестественно длинными конечностями, крючковатыми пальцами и рогами, закрученными в спирали. Лиц не было – лишь пустые, светящиеся ямы на месте глаз и рта. От них веяло холодом, страхом и древней, нечеловеческой злобой. Демоны. Само это слово, почерпнутое из старых сказок, всплыло в памяти Ассоль с кристальной ясностью.
Один из них повернул свою безликую «голову» в её сторону. Ощущение было таким, будто в неё воткнули два ледяных шипа. Она замерла, вцепившись в выступ скалы, понимая, что бежать некуда. Вниз – она не успеет. Вверх – прямо к ним.
Демоны не стали кричать или рычать. Они просто двинулись. Не шагая, а словно скользя по воздуху, спускаясь по отвесной стене оврага, как пауки. Их длинные пальцы впивались в камень, оставляя после себя чёрные, обугленные следы.
Паника, холодная и беззвучная, сжала её горло. Стилет в её руке выглядел жалкой зубочисткой против этих существ. Каменная Песнь кричала об их чужеродности, о том, что они не подчинялись законам этого мира, а значит, и её скромный дар был против них бесполезен.
– Эй, красавчики! – сорвался с её губ крик, больше от отчаяния, чем от храбрости. – Не слишком ли много пафоса для простого спуска за водой? Можно подумать, я священный артефакт украла, а не пытаюсь просто не умереть от жажды! У вас там демонический профсоюз выдал путёвку на охоту за беззащитными девушками? Бюджетный отдых, что ли?
Демоны не отреагировали. Они продолжали скользить вниз, сокращая дистанцию. Багровый свет в их глазницах вспыхнул ярче.
Внутри Ассоль всё обрывалось. Шутки не работали. Наглость не работала. Перед ней была слепая, бездушная сила, которой было плевать на её остроумие. Она приготовилась к последнему, отчаянному прыжку вниз, надеясь, что падение убьёт её быстрее, чем они.
И в этот момент пространство над её головой… вспыхнуло. Не огнём, а чистым, ослепительно-белым светом. Он был таким ярким, что Ассоль зажмурилась, а демоны, уже почти настигшие её, отпрянули с шипением, как ночные твари от факела.
В свете возникла фигура. Человеческая. Мужская. Он не упал с неба, а словно шагнул из самой вспышки. В руке он держал нечто, похожее на клинок, но выкованный из того же сгущённого света. Его одежда была простой и поношенной, но на ней не было ни пятен, ни потёртостей. Лицо его было серьёзным, с резкими чертами и пронзительными, слишком яркими для этого мира глазами цвета летнего неба. Он выглядел как человек, но в нём было что-то… иное. Слишком правильное. Слишком чистое для этих руин.
Он не произнёс ни слова. Он просто двинулся навстречу демонам. Его движения были нечеловечески быстрыми и точными. Световой клинок рассекал воздух, оставляя за собой шлейфы ослепительной энергии. Он не фехтовал – он рубил, как дровосек. Каждый удар встречался с когтистыми лапами демонов, и от соприкосновения со светом тенеподобная плоть существ вскипала и испарялась с противным шипением.
Бой длился меньше минуты. Демоны, казалось, не ожидали такого сопротивления. Они пытались окружить незнакомца, бить с разных сторон, но он перемещался так быстро, что казалось, их трое, а не его один. Последний демон, пронзённый световым клинком насквозь, издал звук, похожий на лопнувший пузырь, и рассыпался в клубящийся чёрный пепел, который тут же развеялся ветром.