Тишина вернулась, оглушительная после краткого хаоса света и тьмы. Незнакомец опустил своё оружие, которое погасло, превратившись в простую, ничем не примечательную рукоять у его пояса. Он повернулся к Ассоль, всё ещё прижавшейся к скале.
– Ты ранена? – спросил он. Его голос был спокойным, глубоким, без тени надрыва или усталости после боя.
Ассоль, отдышавшись, медленно спустилась на узкую тропинку, на которой стояла. Шок постепенно отступал, уступая место привычной защитной реакции – агрессии.
–Ранена? – переспросила она, отряхиваясь. – Нет, спасибо, я в порядке. Просто решила проверить, выдержит ли мой вестибулярный аппарат одновременное воздействие смертельной опасности и светового шоу. Выступили неплохо. Прям как фестиваль огня, только с участием настоящих, свежеиспечённых демонов. Вы их на афише не указали, кстати.
Незнакомец удивлённо поднял бровь. Видимо, он ожидал слёз благодарности, а не колкостей.
–Эти существа – порождения нижних слоёв. Разрывы в реальности стали случаться чаще. Тебе не следовало бы находиться здесь одной.
– О, спасибо за совет, капитан Очевидность! – парировала Ассоль, поднимаясь по тропинке к лужице. Она наконец добралась до воды, зачерпнула ладонями, с жадностью выпила. Вода была тёплой и отдавала тиной, но она была живительной. – А я тут думала, что прогуливаюсь по парку аттракционов. «Одинокая и глупая» – это моя новая фамилия, кстати. А вас как звать? Светящийся Спаситель? Мистер Чистые Руки? Или у вас есть более практичное имя для постоянного использования, например, когда нужно представиться при попытке не быть съеденной?
(Переход на повествование от лица Ассоль)
Он посмотрел на меня так, будто я не человек, а особенно сложная головоломка, от которой болит голова. В его небесно-голубых глазах мелькнуло что-то вроде усталого раздражения.
–Ты можешь звать меня… Ангел-Хранитель, если хочешь, – сказал он после паузы.
Я фыркнула, вытирая мокрый подбородок.
–Ангел-Хранитель? Серьёзно? А где крылья? И нимб? И почему вы в такой… практичной, немаркой одежде? Ваш небесный отдел снабжения сэкономил на белых одеяниях и золотых латах? Или вы, как и всё в этом мире, просто подделка? Ангел-Хранитель эконом-класса?
Его губы дрогнули. Не в улыбке. Скорее, как у человека, который кусает лимон.
–Меня зовут Арест, – сказал он наконец, коротко и чётко. – И я не ангел в том смысле, как ты думаешь.
– Арест? – переспросила я. – Как «арестовать»? Подходящее имя для того, кто только что арестовал трёх демонов в развитии. Или это сокращение от «арестант»? Вы, случаем, не сбежали откуда? Может, вас эти демоны искали? Служебный долг не вернули?
– Довольно, – сказал Арест, и в его голосе впервые прозвучала металлическая нотка. – Я не собираюсь оправдываться перед тобой. Я сделал то, что должен был. Теперь ты в безопасности. Уходи отсюда. Эти места не для таких как ты.
– «Для таких как я»? – передразнила я его. – А для каких? Для чистых, светлых и, судя по всему, невероятно скучных парней, которые носятся по оврагам и размахивают световыми мечами? Извини, что разочаровала. Я предпочитаю более… творческий подход к выживанию. Например, наорать на каменных големов или обмануть кучу фанатиков с помощью звёзд. Это, знаешь ли, развивает интеллект. В отличие от тупого махания палкой.
Я видела, как он сжимает кулаки. Ему явно хотелось меня стукнуть. Или просто замолчать. Оба варианта меня устраивали.
–Ты не понимаешь, с чем играешь, – сказал он, и его голос стал тише, но опаснее. – Словами демонов не прогонишь. Силой духа – тоже. Нужна настоящая сила. И дисциплина. Которой у тебя, судя по всему, нет.
– О, дисциплина! – воскликнула я с фальшивым восторгом. – Это когда ты ходишь строем и делаешь то, что тебе говорят? Спасибо, нет. У меня была своя дисциплина. Она называлась «не сдохни сегодня». И, знаешь что? Она работала до сих пор. А потом появился ты со своей светящейся игрушкой и испортил всю мою статистику самостоятельного выживания. Теперь, если я выживу, я должна буду сказать «спасибо» какому-то зануде с мечом. Несправедливо.
Арест посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом. В его глазах не было ни восхищения, ни симпатии. Было что-то вроде… сожаления. И это злило меня больше всего.
–Иди на восток, – сказал он наконец, поворачиваясь, чтобы уйти. – Там есть ручей. Чище, чем эта лужа. И постарайся не привлекать к себе внимания тех, кого словами не прогонишь.