Глава 9: Гномон, гений и гора глупости
Глава 9: Гномон, гений и гора глупости
Тишина, воцарившаяся после бегства мародёров, была густой и звонкой. Ассоль стояла перед полуразрушенным зданием, чувствуя на себе пристальный взгляд из темноты за дверным проёмом. Она только что отвадила восьмерых вооруженных головорезов, используя исключительно поток сознания, приправленный астрономическими терминами и откровенным хамством. Теперь предстояла вторая часть представления: знакомство с тем, кого она, по сути, спасла.
Дверь скрипнула и отъехала в сторону. В проёме, залитом тенью, стояла невысокая, коренастая фигура. Не гном, как она могла предположить по стилю «защиты», а пожилой человек с седой, взъерошенной бородой, в которой, казалось, запутались все мысли, приходившие ему в голову за последние пятьдесят лет. На нём был кожаный фартук, покрытый пятнами непонятного происхождения, а в руке он держал не оружие, а большой, блестящий циркуль. Его глаза, острые и ясные, как два отполированных обсидиана, изучали её без страха, но с живым, неподдельным интересом.
— Входи, — сказал он хрипловатым, но тёплым голосом. — Пока солнце не сместилось ещё на три градуса, и тень не перекрыла безопасный сектор у порога. И расскажи, откуда ты знаешь про аксиальные поправки в гномьих гномонах? И… — он принюхался, и его лицо сморщилось, — нет ли у тебя, случайно, чего-нибудь съестного? Эти идиоты с утра не давали покоя, а эксперимент с конденсатором эфирного излучения требует углеводного топлива.
Ассоль, всё ещё находясь в эйфории от успешного блефа, не смогла сдержать ухмылки.
—Позвольте представиться: Ассоль, профессиональная нарушительница чужих осад и дипломированный специалист по общению с недалёкими личностями. Съестного? Ну, у меня есть немного сухарей, которые можно использовать вместо наждачной бумаги, и кусок сыра, который, боюсь, уже выработал собственный разум и скоро начнёт предсказывать погоду. Но готов поделиться, если вы, в свою очередь, поделитесь тем, что это за «конденсатор эфирного излучения» и почему он пахнет горелым печеньем.
Она шагнула внутрь, и её глазам открылось царство… управляемого хаоса. Помещение было большим, с высоким, частично обрушившимся потолком, сквозь который пробивались лучи света, падающие прямо на сложные конструкции из латуни, стекла и полированного камня. Повсюду стояли верстаки, заваленные деталями механизмов, чертежами, испещрёнными цифрами и гневными пометками («НЕ ТРОГАТЬ!», «ВЗРЫВООПАСНО!», «ПОЧЕМУ НЕ РАБОТАЕТ?!»). В воздухе висели запахи: озон, металлическая пыль, масло, что-то химически-сладкое и, да, несомненно, подгоревшая выпечка. В углу дымилась небольшая, хитрая печь из камня и глины.
Это был не склад. Это была мастерская. И её хозяин, представившийся как Кадфин, оказался не отшельником-воином, а изобретателем. Сумасшедшим гением, застрявшим на краю погибшего мира.
— Печенье — это побочный продукт калибровки терморегулятора, — отмахнулся Кадфин, принимая от неё сухари и сыр с благоговением голодающего учёного. — А конденсатор… эх, сложно объяснить, если ты не знаешь основ дифференциального исчисления и теории эфирных флюидов. Но, судя по тому, как ты ошарашила этих болванов, основы небесной механики тебе не чужды.
Он провёл её к центральной точке зала — к тому самому столбу, тень от которого и была ключом к его защите. Столб был покрыт сложнейшей гравировкой — не просто шкалой, а целой картой, спиралями, цифрами и символами.
—Это не просто гномон, — с гордостью сказал Кадфин, поглаживая полированный камень. — Это Аксиальный Указатель Кадфина. Его тень, падая на активированные магнито-резонансные камни по периметру, создаёт временное поле. В зависимости от угла падения и времени года, поле может менять свойства: замедлять, охлаждать, вызывать локальную гравитационную аномалию. Тебе повезло, что те болваны полезли днём, когда активен только охлаждающий контур на камнях IV и V. Если бы они пришли на закате, когда тень ложится на сектора VIII и IX… — он сделал многозначительную паузу.
—Что? Они бы превратились в лягушек? — поинтересовалась Ассоль.
—Хуже. Их внутреннее ухо перестало бы отличать верх от низа. Они бы просто не смогли стоять, как пьяные, пока не умерли от тошноты. Глупая смерть, но эффективная.
Ассоль смотрела на старика с растущим изумлением. Он не был магом. Он был… инженером. Только инженером в мире, где законы физики иногда дружили с магией, и он использовал это с пугающей изобретательностью.