Тело было увито кислотной химерской паутиной. Это она и воняла. Но здесь, вблизи, пахло еще хуже. Тело не начало бы еще разлагаться, останься лежать, как лежало – на живой полосе холодно. Но кислота делала свое дело.
Янка охнула, отворачиваясь.
Ведь ни лица не видно, ничего… а все равно желудок сжался в ком. И сердце сжалось…
Рядом – тоже припудренный брызгами кислоты длинный нож. Просто валяется. Лезвие из-за токсичных брызг потускнело, но, кажется, на нем были брызги не только кислоты.
Даник наклонился и осторожно, за цепочку поднял нечто… не то украшение какое-то, не то его осколки.
– Странная штука. Я бы не надел…
Янка пригляделась и вздрогнула. Стало только хуже – это была оправа от криоса. Вероятно, того самого, которого девушку заставили проглотить.
– Я бы тоже не надела.
Тело лежало в углублении, но этого углубления явно не хватило бы, чтобы стая стала здесь выращивать живородную клоаку. Да и никакой серьезной добычи рядом видно не было. Как будто одиночный зверь увидел добычу, «обернул» паутиной, а сожрать не успел или отложил на потом.
С этим человеком незнакомка встретилась… Вероятно, с ним они и дрались. Вероятно, из-а него она проглотила криос и от него бежала… хотя, нет. Если они дрались, и он умер первым, то наверное, не от него.
Тоскливо и бесприютно, и надо возвращаться, потому что ни Алисы, ни ее приятелей здесь нет, а о находках так или иначе нужно рассказать. Хотя бы Анне.
Легкий ветерок вдруг донес издалека чей-то крик. Невольно обернувшись в ту сторону, Янка увидела яркую зеленую вспышку. Алиса?
– Дань, видел? Там!
– Видел… что будем делать-то? Напомни, я же говорил, что со стаей не справлюсь?
Янка как ни вглядывалась, хоть с закрытыми, хоть с открытыми глазами, но никаких подробностей разглядеть не могла. А вспышка повторилась еще дважды.
Порыв холодного ветра заставил поежиться. Тут все еще весной даже не пахло.
Еще вспышка. Бежать туда, на вспышки? Мертвец у ног резко потерял большую часть своей значимости.
– Надо на помощь звать… – пробормотала она.
– Хорошая идея… но не успеем же. Если там химеры…
– А варианты? Я не маг. – Янка поежилась. А с другой стороны – где-то там, впереди, в скалах – Алиса. И ей нужна помощь. А обратно бежать – это час, наверное. И еще кого-то будить, звать, тоже время уйдет.
А с третьей стороны – что они могут? Ведь она действительно не маг, а насколько преуспел в изучении некромантии Данила? Такой же первокурсник, как она сама?...
Оказалось, немного больше преуспел, чем можно было надеяться.
– Я поставлю дымку, химеры нас не почуют… ну, в теории. И зеленый туман. Мы их будем видеть, а они нас нет. Жалко, слышать они не перестанут…
– Ты все это умеешь? – подняла Янка брови.
– Не говори никому. Отец научил. Давно. Или можешь остаться. Я один схожу, быстрей будет…
– Я с тобой.
Даник спорить не стал, только попросил погасить светляка: сбивает.
20
Алиса с компанией оказались в ловушке по своей вине: забыли про осторожность, уверились в безопасности долины – может, их обмануло отсутствие следов на снегу, а может, что-то еще. Данику не пришлось пускать зеленый туман, его успешно пустили второкурсники, и в его клубах, особенно сверху, из-за прикрытия скал, хорошо было видно, что проблему создает не целая стая, а всего лишь три особи – горгулы или кто-то другой в образе горгулов.
Ребята устроили стоянку в одном из гротов на склоне, примерно в таком, в какой Янку и Данилу привел след незнакомки. В темноте даже можно было различить слабенькое мерцание ртутного камня.
Может, именно он и приманил химер – химеры тепло чуют издалека, потому что тепло – это жизнь и добыча. Не нужно быть траппером, чтобы это знать.
Но не это сейчас важно. Важно как-то отвлечь тварей, которые очень расчетливо не давали студентам даже подобраться к выходу из пещеры.
– Как-то отвлечь этих, и дать знак нашим, чтоб сюда бежали…
Даник, сказав это, только сам покачал головой. Горгулы быстрые. Они тоже умеют телепортироваться. Не как драконы, но уж шагов на сто-то точно. Наверное, все химеры это умеют. Даже Кусь… Как-то же он следовал за обозом, и никто не догадался.