-- Можно. С драконьим племенем только так и надо – не бывает от них добра…
Мар кивнул, даже не пытаясь спорить. Если уж у него самого про драконье племя примерно такое же мнение, то вероятно, некромант из Белуши имеет на него свои причины и свое право.
-- Я письмо привез. От вашей дочери. Будете читать? Или скажете, я сам его нарочно написал, чтобы вы решили, будто она жива-здорова, а на самом деле, все так, как считает Арем…
-- Пожалуй, -- хохотнул вдруг наставник, -- в таком излишнем великодушии драконы еще замечены не были.
Мар вынул из сумки не глядя пухленький конверт и протянул Вальтару. Нашел глазами свободный стул.
-- Вы позволите?
Вальтар кивнул, но отстраненно: все его внимание было сосредоточено на Янкином письме. Конверт он вскрыл в несколько мгновений.
-- Ее почерк! – сказал он специально для Арема. – Писала точно она… так… не переживать за засранку… не переживать, скажет тоже! Старинное здание много коридоров… заблудится… надеюсь, она шутит, что там можно заблудиться…
-- Вообще-то, можно – вставляет с ухмылкой Арем. – Когда я был студентом, мы специально искали заброшенные коридоры… но потом, говорят, тогдашний ректор приказал все такие проходы заложить.
-- Сейчас студенты все больше ищут сокровища не внутри Академии, -- невозмутимо добавил Мар, -- а снаружи. Все хотят быть трапперами. И считают себя бессмертными. Пока что обходилось без серьезных происшествий.
-- Надеюсь, Янка моя еще не совсем свихнулась, чтоб влезать в подобные авантюры… так… что еще расскажет… понравилось учиться-то ей в Академии… есть интересные предметы и специализации… а предметы можно выбирать… а тут и братьям по отдельному письму… надо-ка их позвать!
Вальтар тяжело, придерживаясь здоровой рукой за столешницу поднялся.
Мар перевел взгляд с одного «калеки» на другого и предложил:
-- Давайте, я схожу. Где их искать?
-- Да тут в конце улицы сараи. Вот за ними будет пустырь, так там они, наверняка.
Арем поднялся тоже, и поморщился, потревожив подживающее плечо.
-- Я с вами.
-- Боитесь, что я и мальчишек куда-нибудь утащу? – поднял бровь Мар. – Не стоит. Кстати, Арем… вы сказали, что выкинуть человека в пустыню, это свойственно драконам. Это вы для красного словца, или что-то знаете?
Наставник Арем посмотрел на Мара с некоторым сомнением, но все же ответил:
-- Несколько лет назад была история. Виновны точно были драконы, но доказательств никто даже не искал. Драконы неприкосновенны.
Мар кивнул:
-- Я позову ребят.
22
***
Выйти на воздух в какой-то момент стало необходимостью. Мар сам не понимал, что с ним происходит и почему. Просто снова накрыло выматывающей жилы тоской по непонятному.
Вот два человека, ему совершенно чужие, почти незнакомые. Десятки таких же ходят сейчас по дорогам городка, вдыхают тот же воздух, разговаривают о важном, болезненном и неотложном. Но почему-то сейчас очень надо, чтобы сапожник со скрученными болезнью пальцами и старый учитель из провинциального лицея… ну, для начала, не видели в нем врага. Или, нет. Врага они в нем и так не видят, кажется. Просто – непонятно кого, который отнял у одного из них любимую дочь, а у другого, кажется, не менее любимую ученицу.
А может прав ректор Надар, и я просто завидую студентке Янке. Потому что ее любят и потому что ей есть за конго переживать… ерунда. Нечему тут… Просто снова какие-то досадные помехи в деле. Можно до бесконечности расспрашивать разных людей о Марии Стриж, о Викторе и Нане – и ни на шаг не приблизиться к ответам.
В конце концов, и так понятно, что Виктора и Нану убили по приказу – или по молчаливому согласию Тедора. Гораздо важней понять, за что их убили. И за что убили… так же жестоко убили… того человека, которого он сжег две недели назад во время рейда по пустошам.
Ни один следователь из циркуса ни одна комиссия и ни один эксперт не станет доискиваться до правды и искать виновных. Просто не смогут дотянуться.
Да и вообще… есть чувство, что никто ничего искать на самом деле не хочет. Следствие докажет причастность драконов, если сможет, и передаст дело тому же Тедору, а тот понятно, что сделает.