Мар долго плескал в лицо холодную воду в прихожей. Щеки разжигало от осознания, что повел себя как ребенок, внезапно забыв и о планах на завтра и о только что данном обещании позвать мальчишек домой. И еще, немного от быстрой и азартной игры.
Он и сам не заметил, как в нее включился, и в какой момент простое «а встань за нашу команду, а то мы проиграем!» -- озвученное Троем, вдруг переросло в игру в одни ворота с участием обеих команд. Благо, о правилах расспрашивать не пришлось: просто лови мяч, и все – «вон у тебя какие руки длинные!».
Но даже с длинными руками «просто» не получилось – мальчишки на этом пустыре играют с самой первой оттепели, а на стороне Мара только боевой и трапперский опыт пустошей.
Можно сказать, отстоял честь Академии с мячом в руках…
Когда вернулся на кухню к Вальтару, чайник уже снова был водворен на печную плиту, а братья сидели по углам, каждый со своим письмом от сестры, только Трой у отца на коленках пристроился – он еще плохо умел читать, так что его письмо читал вслух Вальтар.
Тепло помаргивала керосиновая лампа и два свечных огарка, в желтом свете поблескивало варенье. Арем одной рукой расставлял чашки на столе – Вальтар не смог бы, был занят с сыном.
Уютное доброе мгновение. Чужое. Чужое настолько, что захотелось уйти, чтобы не сломать и не прогнать.
-- Ладно, -- Сказал Мар сразу всем. – Я, пожалуй, пойду. Пора.
Пять удивленных лиц повернулись в его сторону. Верней, четыре удивленных, и одно – понимающее, наставника Арема.
-- Брезгуете чая глотнуть в доме зеленогротского сапожника, господин маг? – спросил он, продолжая сверлить Мара непонятным, изучающим взглядом.
-- Меня ждут в…
В казармах? Ерунда. В казармах тебя ждут завтра в полдень.
Мар, отгоняя все пришедшие в голову резоны, вошел в кухоньку.
-- Не ожидал приглашения. Я не самый…
Да что такое-то? Начал фразу, а как окончить, чтоб и хозяев не обидеть, и самому дураком не выглядеть, не придумал.
-- Не самый интересный собеседник.
-- Зато он, видали, какие мячи берет? Как будто знает, куда полетит! – похвастал чужими успехами Шуга, средний из Янкиных братьев.
-- У меня реакция в целом лучше, чем у обычных людей, -- признался маг, -- но мысли читать я не умею.
За всю жизнь, как это ни удивительно, Мар Шторм никогда не был в гостях. Разве что на официальных приемах у князя Скальдского, и то, раз или два. Когда Константину вдруг захотелось перед кем-то похвастать своим «личным магом». Так что он понятия не имел, что говорить, и как принято себя вести в таких случаях. Устроился в тени, спрятался за чашкой и просто наблюдал за всем, что происходит в доме, разве что изредка отвечая на вопросы. Это был очень странный вечер. Словно украденный у кого-то другого. Вечер понятных проблем, несложных деревенских дел и разговоров…
Ближе к полуночи гости одновременно засобирались – Трой вовсю зевал, готовый вывихнуть челюсть, но один спать не шел. Какое спать, когда в кухне так интересно? Шуга, посмотрев на него, тоже стоически боролся со сном, так что задерживаться дольше – причинять неудобства хозяевам…
Кир, как самый старший, вызвался проводить обоих – и Арема и Мара – до калитки.
-- Интересно у тебя брата зовут, -- заметил Арем, перед тем как проститься. – Шуга – потому что он всего шугается?
Со снисходительной улыбкой Кир ответил:
-- Вообще-то на самом деле он Шура, то есть Александр. Но в детстве «р» не выговаривал, и всем представлялся «Здравствуйте, я Шуга!». Так приклеилось, что никто уже не помнит, что он Шура. Вы к нам приходите. У нас еще варенье есть!
-- Приду, -- пообещал наставник Арем. – И не из-за варенья.
-- А ты, придешь? – и жалобный взгляд в сторону Мара. – Я тебе старый брод покажу.
-- Приглашаешь? – спросил Мар, чуть приподняв бровь. Кажется, Янкиным братцам было все равно, кого выбирать в друзья и звать в дом. Если принес хорошие новости – значит, хороший человек, можно звать…
Славные мальчишки, совершенно обычные, никаких загадок, никакой магии.
-- Конечно. – Кир энергично закивал.
-- Тогда приду.
Мальчишка запер калитку и убежал в дом. Было слышно, как хлопнула входная дверь.