Надар окинул Мара внимательным недоверчивым взглядом – он таким разговорчивым становится крайне редко, обычно дает людям самим совершать свои ошибки.
Мар правильно понял этот взгляд и пояснил:
-- На ребят в одной из долин напали химеры. Я один не отмахался бы, пришлось вдвоем.
-- Я понял. Значит, пойдем все вместе, но чуть позже. Пусть Анна все-таки осмотрит тебе руку. Тём, не спорь, Анна профи. А то, что ты лишних пять минут проторчишь под этой крышей, об этом и будем знать только мы.
Именно в этот момент пред светлые очи ректора, профессора Шторма и наставника Арема и явились еще два провинившихся студента: Янака и Даник.
Мар на их виноватое сопение никак не отреагировал: этот бесконечно длинный тяжелый день вдруг накатил не то, чтобы усталостью, а легкой апатией. Ректор сказал же – все завтра.
Выглянула Анна, выдала Данику таблетку а Янке – наказ тоже явиться на осмотр, и снова скрылась в кабинете.
Во вновь установившейся тишине Надар спросил:
-- Тём, я тебя сто лет знаю, но одного не могу понять. Какого черта ты ушел? Тебе нравилось преподавать, я прекрасно помню. И ты очень сильный некромант.
-- Изменились жизненные приоритеты, -- невозмутимо ответил тот так же, как отвечал ректору много раз в прошлом. – Я не вернусь. И было бы неплохо, чтобы меня в этих стенах никто лишний не увидел.
Снова повисла долгая, не очень приятная тишина, во время которой Арем почему-то смотрел не на ректора а на Мара. Будто ждал, что он что-то прокомментирует или прояснит. Но Мар не знал, что тут можно сказать.
Арем произвел на него впечатление, да. Хотел бы он, чтобы этот вечно лохматый тощий старик вдруг начал вести занятия по некромантии? Можно было предположить, что студентам он понравится. Он сильный маг, честный человек, и кажется, неплохой преподаватель…
А что еще надо?
Через четверть часа биологи увели досыпать колченогого Артура, а Анна все-таки увлекла на осмотр Арема. И Мар быстро, в нескольких фразах, доложил о событиях нынешнего дня и о планах на день завтрашний. Правда, один существенный пункт из этих самых планов пришлось выкинуть: в них совсем не осталось времени на сон.
Янка-безымянка
Зал с камином казался особенно большим и пустым. Камин не горел, было прохладно, за огромными прозрачными окнами плыли облака. Янке больше всего хотелось оказаться вдруг у самого этого окна и посмотреть на город и территорию Академии сверху, с высоты полета химеры.
И не слушать ни упреков, пусть заслуженных, ни оправданий.
В лицее Первого Заполья она несколько раз бывала вызвана в директорский кабинет. Но ни разу ей не было стыдно за содеянное, просто возникала тягостная необходимость пережить еще один не очень приятный момент в жизни.
Даник виноватым себя тоже не чувствовал – в чем могли убедиться не только Янка, Алиса и ее смуглый приятель Вадим, но и все, кого они встретили по дороге в ректорскую башню.
Правда, войдя в каминный зал, тоже притих. Артур с перевязанной ногой и на костылях приплелся последним. Но пришел – угроза отчисления, это не та угроза, которую можно игнорировать.
Ректор появился с небольшим опозданием – достаточным, чтобы студенты начали дергаться и придумывать себе всяческие ужасы об их дальнейшей судьбе, но недостаточным, чтоб они пришли к выводу, что про их проступок просто забыли, и можно спокойно идти отдыхать.
Он появился из-за камина, взмахом руки пресек приветствия. Велел Артуру сесть и не усложнять Анне задачу.
Вся группа хмуро перебралась к камину – единственному месту, где стояли банкетки, на которые можно сесть.
-- Докладывайте, -- велел ректор. – С самого начала.
Алиса посмотрела на Янку, на парней, пожала плечами и сказала:
-- Мы решили найти, как та девушка попала в Академию. Мы нашли подземный ход… верней, это был лаз, и решили посмотреть, куда он ведет. В планах не было выходить в пустоши… но когда так получилось, просто решили воспользоваться моментом и немного осмотреться.
Ректор задумчиво покивал:
-- А первокурсников с собой взяли, чтобы показать им достопримечательности нашей древней Академии…