Янка улыбнулась:
-- Какая разница? Никлас, будь осторожней! Я тебя сделаю. Хоть из «ямы», хоть не из «ямы»!..
-- Ой, шимса-дурнина! Ну, все. Хана тебе!
На них уже смотрел весь амфитеатр – заминка невольно замедляла остальных лидеров.
-- Давай, Ник. Поторопись, твои конкуренты тебя не простят… Кстати… -- решила она немного помочь толстушке, -- вон, Герман рвется в ваш мужской коллектив, аж ерзает…
Ник посмотрел на нее прощальным долгим взглядом и поспешил вперед. Правда, не к Герману – чуть дальше скучала, задумчиво переминаясь на довольно высоких каблуках весьма красивая… даже не так, очень красивая девушка с тонкими правильными чертами лица и такими длинными ресницами, что тень от них падала аж на грудь. Которая по пышности им вполне соответствовала.
Янка нашла глазами Гету. Оказалось, та сверлит глазами спину своему бывшему кавалеру с таким выражением лица, что сразу ясно – конкуренция между этими командами предстоит очень жесткая, возможно – травмоопасная.
Где же Даник?
В «яме» помимо Янки и ее кудрявой соседки, к слову, ее звали Лора, оказались два парня – один выглядел бледным зомби-обмороком, как будто последние восемнадцать кругов жизни провел в темном тесном подземелье, питаясь червяками и моллюсками, а второй, напротив, был крепок телом и широк плечами, но говорил очень медленно, растягивая слова и глотая их окончания, отчего казалось, что в студенты он попал по ошибке, а на самом деле папаня ему уже готовил место пастуха при родной ферме.
Тощего звали Ричард (Дик, если можно), а «пастуха» -- Джек.
На этом невостребованные в других группах студенты закончились. Даже Германа – бритого почти на лысо сутулого парня перехватила девица с драконьим пером.
Небольшая получилась «яма». Янка окинула товарищей по несчастью взглядом, пытаясь оценить, на что они способны.
Лора почти плакала от обиды (чуть позже Янка выяснила, что та девушка-лидер, Катерина, обещала ее обязательно взять к себе – и прокатила). Пастух Джек кажется, даже не понял, что произошло. Ричард-Дик осматривал команды конкурентов сощуренным внимательным взглядом, словно уже строил планы, к кому попробует прибиться, выбравшись из «команды неудачников». Пожалуй, из всех, оставшихся в «яме» он выглядел единственным, у кого есть план.
К другим командам уже подошли их кураторы-второкурсники и повлекли к преподавательскому ряду – за конвертами курсовых.
Янка только сейчас поняла, что все это время в зале громко и бравурно играла музыка – торжественные марши на незнакомом языке. Должно быть, что-то из мертвых языков Млечного Пути…
-- Идемте, -- сказала она, поскольку никто другой не собирался проявлять инициативу. – как бы то ни было, а «яма» -- тоже группа.
-- Толку то… -- пробормотал Дик.
«Яме», как и другим, полагался куратор – второкурсник. Но на поле этот героический человек даже не показался: может, чтоб свои не засмеяли. В отличие от остальных, куратора «ямы» выбирали по жребию. И история Академии помнила лишь несколько случаев, когда благодаря куратору вся команда неудачников выбивалась в лидеры и получала привилегии полноценной группы.
Лора в последний раз всхлипнула, вытерла нос и сообщила, ни к кому не обращаясь:
-- Такой позор… хорошо, что мои не пришли посмотреть…
-- Где позор-то? – пожала плечами Янка. – Еще даже задания не получены. Вы как хотите, а я этого придурка порву на ветошь!
Лора метнула на Янку злой взгляд:
-- Ты шимса, тебе проще!
Янка замерла, уставившись на девушку с удивлением: так на свое положение вечного школьного изгоя она еще не смотрела. Но если подумать, действительно. Проще. Привычка с людьми и не такое делает. Она даже огорчиться не успела. Только хмыкнула:
-- Вот именно. И как шимса тебе говорю – это не тот случай, чтобы вешаться.
Окинула еще раз взглядом свою команду, и добавила:
-- Даже если вы решите просто выбираться из «ямы», очки зарабатывать придется. А для этого нужно получить задание.
-- Надо, -- кивнул Дик. – А тебя-то как зовут? Не Шимсой же.