Его подчиненные давно не видели своего начальника в таком настроении. Некоторые уже мысленно готовились чуть ли не к расстрелу на месте.
Закончив вытрясать душу и сведения из подчиненных, Рашид направился к испытательным ангарам. Похоже ему придется обрадовать одного человека. Ну по крайней мере там тебя Волков ни один богатенький буратино точно не достанет.
Когда акела добрался до места, тот кто ему был нужен как раз вылез из очередного экспериментального корабля. — На лице безопасника сама собой появилась усмешка.
— Здравствуйте уважаемый. Можно с вами переговорить?
— День добрый. Всегда к твоим услугам Рашид.
— Ну не сказал бы, что он сильно добрый. У нас тут небольшой косячок случился, и ты мне понадобился.
— Слушай мы же с тобой уже на эту тему говорили. Ты меня тогда прикрыл. Рассказывай, что тебе надо.
— Сейчас расскажу. Только отойдем в сторонку. — они вышли из испытательного ангара и направились в коридор. В общем через две недели ты улетаешь в другую звездную систему. Ответ нет как ты понимаешь не принимается.
— Это на ту планету, которую вы открыли. И существование которой уже сколько времени заставляет полмира на ушах стоять.
— Почти. В общем ты сейчас идешь в свою нынешнюю квартиру и собираешь вещи. Потом тебя знакомлю с экипажем. И следующие две недели до отлета ты живешь в другом месте. Вопросы есть?
— Никак нет. — Сергей посмотрел на собеседника. На его лице явно отображалось, что он не в настроении и задавать вопросы сейчас может только человек с суицидальными наклонностями. А он хоть и был пилотом-испытателем, но подобных наклонностей не имел.
— Присаживаемся господа. Это рубка управления орбитальной верфи. — Мазарини жестом указал двоим своим спутникам на ряд кресел, которые находились у стены, слева от входной двери. Впрочем, одному из его спутников приглашение не требовалось. Паутинский в последние две недели бывал здесь регулярно. Вот и сейчас ему предстояло наблюдать за запуском, попутно комментируя процесс председателю космического агентства. Тот решил присутствовать при знаменательном моменте. Впрочем, его любовь к технике была хорошо известна, поэтому его присутствие здесь не выглядело неуместным. Сейчас он сел между бизнесменом и ученым, чтобы иметь возможность задавать вопросы обеим свои спутникам.
Два техника, сидящие впереди, проводили последние предстартовые проверки. На большом экране пробегали многочисленные цифры.
— Сейчас закончатся проверки, и мы сможем наблюдать сам корабль с нескольких ракурсов. Благо, что камеры установлены как на самой верфи, так и на специальных автономных модулях. Штатно они применяются для контроля наружной поверхности и наружных удерживающих узлов. Но могут и показать небольшое шоу.
— Андрей Александрович вы очень любезны.
— Не стоит благодарности. Тем более, что думаю, некоторую часть видеозаписи можно будет потом и опубликовать. Немного затерев или обрезав подробности. В целях пропаганды космической отрасли. — Паутинский обменялся молчаливыми кивками с управляющим полетами и цифры на экране сменились изображением корабля. Сейчас его корпус удерживался захватами.
— Ангигравы включены. Параметры вспомогательного реактора в норме. Корабль удерживается в одной точке. Начинаю процесс освобождения от захватов. — техник слева начал доклад, параллельно выполняя все требуемые действия. — вспомогательные захваты освобождены. Основные захваты освобождены.
— Выводим нашего малыша из колыбели. — Высокий гость усмехнулся. Малыш имел два основных реактора, один из которых питал сверхсветовые двигатели и чертовски большие размеры. Даже в режиме досветового полета он мог развить ускорение в десятки или даже сотни раз превышающее то ускорение, на которое были способны корабли, летающие между Землей и Марсом.
Медленно и аккуратно корабль сначала покинул пределы верфи, а потом застыл в пятистах метрах.
— Андрей Александрович — управляющий полетами обернулся к Паутинскому. — корабль полностью готов к началу полета. Отправляем.
— Ну вот господа. Корабль готов сейчас начать разгон, чтобы примерно через два часа перейти на сверхсветовую скорость и покинуть пределы солнечной системы. Однако с любых систем наблюдения он исчезнет через пять минут.
— А можно попросить эти ваши модули облететь еще раз корабль. Прошу простить мою слабость, но хочу еще раз увидеть его со всех сторон. — Орлову хотелось получше запомнить этот момент. Даже будучи председателем космического агентства, он не часто присутствовал на подобных мероприятиях.