Быстро отхиливается. Тоже владеет техникой бросания крупных камней на дальние дистанции. Точно архетип не из простых. Потерь пока больше у него, но они достаются мне с великим трудом и в этом есть заслуга Маруфа.
Он берёт курс прямиком к алтарю, мне это и нужно. По пути ловушки, Кузя с Нафаней и Афродиты. Дожидаюсь, когда ступит на поляну, сработает катапульта ближнего действия, подбрасывающая град булыжников и выхожу. Сразу серия дисков, последний с оглушением, от которого эффекта ноль. Теперь в ход сразу и молот, и клинок ассасина, который противник не чувствует. Вполне вероятно, что он ничего не чувствует вообще.
Его не берёт ни оглушение, ни какая-нибудь другая пиромания, только прямой урон. Прёт как терминатор, успевая своим хлыстом калечить оставшихся крыланов.
Мимоходом бьёт своей палицей одну из моих Афродит и её неразрушимая каменная ножка сгибается, в неестественном направлении. Она не вскрикивает, не меняется в лице, как ни в чём не бывало продолжает помогать. Но мне это приходится совсем не по душе, будто провели изнутри
когтями.
Афродиты, двигающиеся с максимальной скоростью приготовления утренней яичницы с кофе, не поддерживают резкость, требуемую для выполнения колюще-рубящих ударов, в нанесении урона они мне не помощницы. Вчетвером могут создать каменный заслон. Остаётся только произнести "Цепи кованы, рискуйте нас!" Лучше всего у них получается, свернувшись калачиком, падать на голову противнику, с бронзовых колец периметров. Попадают в цель не слишком часто. Их пластичный камень не повредить практически ничем, даже легендарные клинки оставляют на них лишь тонкие царапины, которые после битвы лечатся тем же порошком. Не хочу ничем портить их красоту, даже пустяковыми царапинами.
Если им удаётся уцепиться за кого-то, болтаются на нём камнем и мало кому удаётся разжать их хватку. Поначалу это давало мне сильное преимущество, принося немало выигрышных ситуаций, но сейчас все приходящие в данж уже знают о них, изучили, так сказать, характер и привычки.
- А за искусство тебя вообще порву на две части!
Он лыбится, демонстрируя раздвоенный язык.
Решаю приберечь инрейдж. Сейчас и без него настрой боевой.
Снова диски и атака. Применяю "Вулкан", он частично уклоняется, пропускает его скользом по груди. Всё равно отправляется в небольшой полёт. Урон есть, его легендарный доспех из толстой кожи повреждён, вижу обнажившиеся вшитые пластины мифридиума, усиливающие внешнее сходство с киборгом.
Теперь у меня больше не остаётся спецэффектов, кроме молота, клинка и моих рук. На сей раз он получил неслабо.
Понимаю, что одним натиском исход боя не решить, телепортируюсь на трон.
Вчерашняя истерика с защитой фонтана сегодня не актуальна. Никто не торопится рассказывать всем об уязвимых местах моего данжа, а стримы не все игроки ведут. В видеозаписях этот секрет ещё попробуй найди.
Следующие два с лишним часа продолжается тот же вальс, в котором от меня, нужна смекалка и точный расчёт действий. Держу свой уровень жизни и в данном случае эти слова относятся не к достатку и комфорту. Отступаю телепортом при первом удобном случае. Не тот расклад, когда победу приносит сила.
Он уже успел разрушить четыре статуи в коридоре, выбил легендарку и эпик.
Кажется, мне удалось обнаружить его слабую сторону - ему надоело! Увлекается выбиванием лута я его дожимаю, затаскиваю исключительно на профессионализме. Помогают ловушки и припрятанное возле акведука редкое копьё. Оно почти сразу ломается, но даёт мне возможность нанести один сильный удар молотом. Наконец-то прокает критический.
Если бы он до конца работал как вначале, собрал бы побольше информации, мог и победить.
С него выпадает четыре эпика с кучей мелочёвки. Лут такой, что я сразу всё выбрасвваю на аукцион - шмотки в том же стиле и кастет, украшенный литьём в форме черепов. В целом, адекватный размен, по исходу боя, но опасный был противник. Настолько, что я очень пристально изучаю его свойства, ищу в сети всё что есть.
Воскрешенный, почти не чувствует боли, игнорирует прямой магический урон уровнем ниже четвёртого ранга. Проходит только косвенный, то есть, если с помощью магии поднять с земли предмет и бросить в него. В начале проекта, шесть лет назад, эта раса разыгрывалась в патчах, как главный приз за первые места и продавалась, за баснословные деньги. Во всем Астероиде их сто девяносто восемь экземпляров. Заказываю кое-что с аука, специально для таких Франкенштейнов.
Жду, не решит ли взять реванш.