Словно ветер с степи
ГЛАВА 7
От автора. Приветствую всех разумных. Астероид это книга, которая пишется в дорожном блокноте. В нём начал, в нём и продолжаю. Мой Т9 уже как Клео, выбирает самые подходящие слова, зная их раньше меня. Следуя за катящимся шерстяным клубком Искусственного Интеллекта, просто фиксирую всё происходящее.
Ведёт он, я только записываю.
ГЛАВА 7
- День на берегу, десять лет в море. Не слишком ли дорогая цена?
- Смотря какой он, этот день.
Пираты карибского моря: На краю света.
Она не придёт.
"Привет, Карл. В первый год, после ареста, я вспоминала о тебе чаще, чем сама от себя ожидала.
Если начну вспоминать снова, для чего это нужно? У меня наступил момент активных изменений в жизни, поэтому сейчас не хочу ворошить прошлое.
Смотрела видео с тобой, где ты в игре. Рада что нашёл себя и работаешь по призванию.
Арина выбрала сама, приняла решение с тобой встретиться.
Стараюсь быть согласной с ней, в её выборе.
Спасибо тебе за помощь".
Не похоже на Крис. Слишком кратко для неё, слишком лаконично. Вроде у них всё в порядке, раз активные изменения. Они положительные и целенаправленные. Должно быть так.
Есть ли кто-то у Крис? Стоит ли предпринимать ненавязчивые попытки это выяснить, наводящими вопросами?
Наверное, нет. Что мне даст любой вариант ответа? Она не слишком радостная. Или это только со мной такая? Тоже не её стиль.
Если и есть, то не он там принимает решения, ведь Арина придёт, чтобы увидеться со мной.
"Когда женщина скучает по тебе, ей больно" - тоже мем, запомнившийся, но не понятый тем, прежним Карлом. Были тогда доводы и за, и против.
Сейчас прекрасно понимаю её. Зачем воскрешать в памяти забытое, если потом снова долго не увидимся?
А может, я убеждаю себя, что она не пришла именно поэтому? Пусть так. Выбираю ничего не знать, если это правда, буду продолжать убеждать себя.
Хотелось надеть под пиджак темную водолазку, по клубной привычке. Решил, всё же, рубаху, с цветастым узором. Если будет жарко, сниму пиджак и рубашка даст плюс пять к внешнему виду, по сравнению с водолазкой.
Моим желанием было провести, вместе с близкими, один день на воле. Сегодня увижусь с дочерью.
- Я могу только пообещать, что буду добиваться этого и если понадобится, то за ценой не постою, - ответил мне Альберт три дня назад. Таким было его согласие. Меня это устроило. Увидел в нём человека, умеющего добиваться своего и держать слово. Большего и невозможно требовать, в данном случае.
Может ли заключенный, на некоторое время, оказаться на свободе? Запросто. Сам видел, в новостях, репортаж о том, как заключенные строили дачу начальнику колонии.
Не знаю, каким образом Альберт этого добился, не моё дело. Ему хватило трёх дней, на все подготовки.
Если таким делом занимаются рядовые служащие, то это подкуп и тяжкое нарушение закона. Если высокие чины, то санкционированное разовое мероприятие, подкрепленное соответствующими допусками и экспертными заключениями.
Наверняка нейросеть уже изучила мой социотип, взвесила мотивацию и пришла к выводу, что в данном случае я не опасен для окружающих. Не начну чудить, никого пытаться взять в заложники и помышлять о побеге. Мне сейчас есть что терять, несмотря на мой приговор и события крайних трёх месяцев положительной мотивации добавляют.
Организовал ли всё мой работодатель или тюремная администрация - тоже не моё дело и сам знать не хочу, если честно, каких именно прекрасных людей должен благодарить за это решение.
- Проедусь с тобой, - говорит мне Илья, сопровождающий от двери камеры, в компании того же неизменного робота. Вроде, его смена не сегодня. - Не возражаешь?
- Поехали.
Илья тоже поедет. Это нормально. Ему полтинник. Он адекватный мент, как Том Хэнкс в "Зелёной Миле".