- Девчонки, - повторяю я.
- Ага.
- Понятно.
- Такие дела.
- Ясно…
Наш диалог застопорился, и я не знаю, что делать дальше. Я вроде даже перехотел идти в туалет. Я все стою возле Ричи, ожидая, что он скажет что-нибудь еще, но тот подтянул колени к подбородку и уперся в них лицом.
- Мне как-то плохо, - тянет он, - не хотелось бы сблевать у Бена дома.
- Может, проводить тебя домой, к нам? – тихо спрашиваю я, - я в принципе…
- А как же твоя подружка? Разве вы не собирались… Ну, парочками, с Биллом и Беверли, тоже уединиться на ночь в комнате? Ну, например, в этой?
- Как видишь, пока что я уединился только с тобой, - говорю я прежде, чем подумал.
Ричи издает непонятный смешок.
Мне становится душно, я начинаю теребить самую верхнюю пуговицу на рубашке, мои пальцы меня не слушаются, и я не могу ее расстегнуть.
Если я сейчас задохнусь из-за рубашки, мама, я тебя любил.
- Дай сюда, - Ричи манит меня к себе пальцем, и, зажав сигарету между зубов, наклоняется надо мной, чтобы расстегнуть пуговицу, - так гораздо лучше, мистер Чистюля.
И тут он в одну секунду вытаскивает сигарету изо рта и целует меня.
Пол уходит из-под ног.
Его губы – это смесь сигарет, пива и вишневой жвачки, все, что я так ненавижу, но сейчас я готов умереть от переполнившего меня невероятного чувства, что это самые приятные и вкусные губы в мире.
Да, он пьян. Возможно, он опять пожалеет об этом на утро. Но мне все равно.
Ричи спрыгивает с подоконника, прижимает меня к себе. Он держит меня руками за лицо, и мы целуемся, целуемся, целуемся.
О господи.
- Рич, - я еле успеваю перевести дыхание, потому что начинаю задыхаться. Нелегко целоваться астматикам.
- Эдс, что мы делаем? – спрашивает Ричи возбужденным шепотом.
- Я не знаю…
- Я тоже…
Тут уже я притягиваю к себе Ричи и целую его в распухшие губы. Я слизываю языком капли алкоголя, следы сигареты, я наполняюсь им, я чувствую его.
Охренеть.
Ричи начинает подталкивать меня к кровати. Я не понимаю, что он хочет, что сейчас может (может?!) произойти, но Ричи не делает ничего такого, что могло бы меня испугать. Он просто кладет меня на кровать и ложится сверху, его волосы падают мне на лицо, путаются с моими, а мы продолжаем целоваться, словно в последний раз…
Мои глаза закрыты, Ричи снимает очки и отбрасывает их на кровать. Он гладит меня по щекам, я не знаю, что делать с руками, и со всем остальным. Я даже не знаю, как правильно отвечать на его поцелуй, но, вроде, получается.
Господи, я целуюсь с Ричи Тозиером, а с первого этажа доносится песня Майкла Джексона, о том, что «Ты не одинок, я рядом с тобой».
Он пахнет сигаретами и дешевым мылом, но как мне нравится, как мне это нравится.
Если я сейчас задохнусь и умру, это будет лучшая смерть.
Внезапно по закрытым векам ударяет яркий свет.
Ричи отпрыгивает от меня, как ужаленный, но продолжает нависать надо мной, мои губы еще горячие от его поцелуев.
Я открываю глаза, начинаю моргать.
- Эдди?
Я вижу фигуру на пороге комнате. За ней следом врывается громкая музыка, крики толпы, чей-то смех. Я снова начинаю слышать что-то помимо стонов Ричи во время поцелуя.
Стоны Ричи.
Мое сердце готово пробить мне грудную клетку.
Я поворачиваюсь и убеждаюсь в том, кто стоит передо мной. Еле живым языком, который все еще хранит на себе вкус Ричи, я произношу:
- Бетти?
Комментарий к Майкл Джексон.
билли джин из нас май лавер
========== Глава 9 ==========
- Бетти! Бетти, постой!
Я скатываюсь с кровати, чертыхаюсь. Подбегаю к дверям, но резко оборачиваюсь на Ричи. Он сидит на кровати, смотрит в стену перед собой.
- Рич… Я мигом… Нельзя допустить, чтобы она…
- Иди, - Ричи без эмоционально двигает губами, - и не возвращайся.
Я выбегаю из комнаты и несусь по лестнице вниз. Тусовка вся в самом разгаре, Бен все так же дергается, вокруг смех, шутки и выпивка. Я нахожу на диване Стена, который уже начал обжиматься с Нэнси.
- Стен, - я подлетаю к нему, мое лицо горит, - Стен, мне нужна твоя помощь!
- Что случилось? – флегматичного Стена ничто не может вывести из себя. Я вижу, что он не убирает руки с колена Нэнси, - я немного занят…
- Прости, - говорю я, оборачиваясь к Нэнси, - там на втором этаже Ричи, ему немного плохо… Побудь с ним, умоляю. Проследи, чтобы он никуда не уходил! Я мигом вернусь!
- Эдди, но…
- Спасибо, Стен! – кричу я, выбегая на улицу.
На улице уже темно, стало прохладно. Я оставил куртку в доме, но надеюсь, я не заболею. Я вглядываюсь вдаль улицы и вижу силуэт.
Я набираю воздуха побольше, и кричу что есть силы:
- Бетти! Бетти, постой!
Мой голос долетает до нее и она останавливается в конце улицы. Я бегу за ней. Колет в груди, но не уверен, что от бега.
Когда между нами остается не больше пяти метров, Бетти поворачивается ко мне, на ее лице слезы.
- Эдди, что это, блин, значит?!
- Прости, - начинаю говорить я, тяжело дыша, - прости, дай я тебе все объясню…
- Мы вроде как пара! А ты… Ты целуешься… Со своим братом! – кричит Бетти.
Это звучит отвратительно.
- Он… Он же не родной мне брат, - выдавливаю из себя я. На улице редкие прохожие куда-то спешат, не смотря на нас – подумаешь, парочка подростков повздорила после шумной вечеринки.
- Плевать! Это…Это же аморально, Эдди!
- Дай я все объясню…
- Я думала, что нравлюсь тебе! – Бетти почти плачет.
- Да, да, конечно, ты мне нравишься… Ты очень хорошая, - я пытаюсь дотронуться до нее, но она делает шаг назад, - просто…
- Зачем ты тогда так ко мне подкатывал? Зачем предложил проводить время вместе? Зачем приходил после уроков? Это низко, Эдвард! Радуйся, что у меня нет к тебе таких чувств, иначе я не знаю, что бы я с тобой сделала!
Минута у меня уходит на то, чтобы осознать услышанное.
- Как так – нет чувств?
- Я начала встречаться с тобой потому что я тебе понравилась, - начинает лепетать Бетти, она снова становится той маленькой скромной девочкой с двумя косичками, - ты стал… уделять так много внимания мне… Мне это польстило… Но я же не знала, что на самом деле тебе не нравлюсь!
- Но ты… Те же меня любишь,- произношу я, и Бетти округляет глаза.
- Кто тебе сказал такую чушь?
- Бетти, что происходит?
- Кто тебе это сказал? Откуда ты взял это? Я никак даже не намекнула тебе об этом!
- Письма! – кричу я, - это же ты мне пишешь! Я получил их почти все!
- Какие, блин, письма?! Каспбрак, ты с ума сошел? – Бетти смотрит на меня широко распахнутыми лазами. У нее потекла тушь, оставляя маленькие кляксы под нижним веком, - ты с ума сошел?