Отклонив тур, Вурд развернул фрибут и направил его в сторону большого астероида, отображаемого большой серой кляксой в голоэкране, который находился совсем неподалёку и скорее всего, сейчас можно было летательный аппарат подвести к нему незамеченным, так как облако обломков, взорвавшегося болида, должно было экранировать фрибут.
Быстро подведя фрибут к выбранному астероиду, Вурд прижал летательный аппарат к большой нише в астероиде, которая должна была достаточно надёжно спрятать фрибут, отключил генератор летательного аппарата, погасил не только его габаритные огни, но все индикаторы внутри салона и откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза и замер.
6
Максим Мартов с трудом раздвинул веки. Было темно. В голове стоял непонятный шум. Поняв, что сидит и его тело неприятно затекло, он попытался пошевелиться, но это не удалось, так как его тело было будто связано.
— Где я! — прохрипел он, первое, что смог создать его шумящий мозг.
— Сиди тихо или опять усыплю, — донёсся в темноте негромкий шёпот на старом языке землян.
— Гад! — произнёс Мартов нелестный эпитет, поняв, что угрозу в его адрес произнёс уйгур.
Наступила долгая тишина.
— Где мы? — опять поинтересовался Мартов, продолжая хрипеть, но теперь стараясь это делать как можно тише.
— Приклеены к астероиду, — прошептал Вурд.
— Как? Гонка ещё не финишировала?
— Не знаю!
— А что же…
— Потом! Жди!
— Мне больно! Развяжи!
Донёсся шорох и Мартов почувствовал, как его тело получило некоторую свободу. Он попытался пошевелиться и тут же тысячи игл вонзились в тело, заставив его выгнуться, но закусив губы, он подавил стон. Прошло некоторое время, боль начала уходит и по телу заструилось тепло. Мартов шумно выдохнул.
Вскоре глаза землянина начали адаптироваться к темноте, проступили контуры окружающих его предметов и всмотревшись в них, он вдруг осознал, что они не напоминают контуры интерьера кабины лаггера. Он поёрзал в кресле и понял, что это кресло тоже не кабины лаггера. Насколько он теперь видел, в соседнем кресле просматривался человеческий контур.
— Это не лаггер? — негромко поинтересовался он восстановившимся голосом, смотря в сторону соседнего кресла.
— Нет!
— А где…
— Не знаю. Пришлось бросить.
— Мы никуда не движемся?
— Нет!
— Почему?
— Жди!
Мартов отвернулся и уставился в темноту перед собой. Неожиданно позади него донеслись какие-то громкие шорохи и скрипы. Он невольно съёжился.
— Кто здесь? — с тревогой в голосе поинтересовался Мартов.
— Твой навигатор, — пришёл тихий ответ от уйгура.
— Марчела!? — Брови Мартова подскочили наверное до середины лба.
— Я не помню, как его зовут.
Мартов попытался привстать, но система безопасности, прижимающая его к креслу, лишь позволила ему чуть пошевелиться.
— Это она, а не он. Убери систему безопасности от меня, — зло прошептал он.
Раздался громкий шорох и Мартов почувствовал полную свободу. Теперь ему удалось привстать и оглянувшись, просунуть голову между передних кресел — позади, действительно, просматривался человеческий контур. Он вытянул руку и коснулся головы человека — это оказалось лицо. Оно было влажным.
— Марчела! — громким шёпотом произнёс Мартов на универсальном языке Федерации.
Вместо ответа влажное лицо человека потёрлось о его ладонь. Так как так сидеть было неудобно, Мартов вернулся в кресло.
— Ничего не понимаю, — Он покрутил головой. — Что в конце концов произошло? Долго мы будем здесь торчать! Я хочу пить, — в голосе Мартова послышались злые нотки.
Прошло несколько мгновений и ему в грудь что-то ткнулось.
— Пей! — донёсся голос уйгура. — Единственная.
Мартов взял предмет — это оказалась баночка. Он покрутил её в руках и понял, что это такая же баночка из которой он пил некогда в лаггере. Правильно сориентировав её, он стукнул ею себе по колену и поднеся ко рту сделал несколько больших глотков. Затем повернулся и просунул руку с баночкой между кресел.
— Марчела! Напейся! Неизвестно, когда ещё удастся. — произнёс он на универсальном языке.