— На этом уровне, кроме нас, больше никого нет. Если мы быстро доберёмся до транспорта, возможно удастся выкрутиться, — произнёс уйгур и сунув оружие себе куда-то за спину, повернул голову в сторону соплеменника.
— Уходим! — но видимо поняв, что сказал не на том языке, что-то произнёс на незнакомом Мартову языке.
— А мы? Мы с вами, — Мартов взял Трутта за рукав и шагнув в сторону уйгура, потянул зевса за собой. — Мы ничего здесь не знаем. Нам некуда идти.
— А это выход, — уйгур потёр рукой лоб. — Переодевайтесь в одежду погибших пилотов, а их оденем в вашу одежду и всех убитых перетащим в ваш номер, будто вы перестреляли друг друга. У нас будет полный экипаж и это, возможно, не вызовет подозрения. Главное, отсидеться трое суток и затем убраться отсюда.
— Но у нас нет оружия, — Мартов покрутил головой. — Чем бы могли перестрелять трастов.
— Оно есть у кросов. Оставим его у них.
— Кто такие кросы? — поинтересовался Мартов.
— Я уйгур, они кросы. Мы из разных народов Вербаны. Поторопитесь!
Мартов отпустил рукав Трутта и повернул к нему голову.
«Нам нужно переодеться в одежду убитых членов экипажа местного транспорта, а их одеть в нашу. Поторопись!» — отправил он быстрые мысли в адрес зевса.
«Но их одежда будет мала мне», — тут же получил Мартов ответную мысль.
— Их одежда мала для него, — Мартов ткнул рукой в сторону Трутта.
— Она трансформируется. Быстрее! — в голосе уйгура послышались какие-то зловещие нотки.
Мартов подошёл к одному из убитых кросов и начал разбираться с его одеждой. Видимо поняв, что он будет возиться с одеждой долго, к Мартову подошёл уйгур и начал помогать. К Трутту подошёл крос и тоже начал помогать.
Во время переодевания Мартов невольно посмотрел в сторону Трутта и увидел у него на груди повязку из тёмного материала.
«Ты ранен?» — мысленно поинтересовался Мартов.
«Нет!» — тут же получил он ответную колючую мысль.
«А что же тогда…» — Мартов вдруг шагнул к зевсу и дёрнул повязку у него на груди вниз и…
Челюсть Мартова невольно опустилась: повязка была не слишком тугой, сползла вниз и под ней оказалась не слишком большая женская грудь с большими тёмными сосками. Трутт, однозначно, был женщиной, которая искусно скрывала свои женские прелести в складках своей прежней одежды, а сейчас, когда Мартов сдёрнул скрывающую повязку, то женские прелести проявились в полной мере. К тому же и нижняя часть её тела имела несколько более широкий вид, что при внимательном взгляде вполне относило её к женщинам. Мартов вдруг вспомнил слова троя о странности зевса мужчины, о которой он сказал после молекулярного анализа.
Лоб землянина покрылся невольной испариной от того, что он вдруг вспомнил, что достаточно бесцеремонно вёл себя в присутствии теперь уже зевсы.
— Ты жен-нщина? — едва ли не заикаясь выдавил Мартов из себя.
«Тебя это удивляет?» — получил он колючий мысленный ответ.
— Удивляет! — Мартов покивал головой. — Извини! Я был… — он состроил гримасу досады. — И как твоё настоящее имя?
«Марчела Трутт!» — вошла Мартову напрямую в мозг совсем неколючая фраза.
— Поторопитесь! — громкий окрик со стороны прервал выяснение отношений Мартова и теперь зевсы.
Марчела Трутт быстрым движением вернула повязку на груди на прежнее место и продолжила переодеваться.
Вчетвером они быстро поменяли одежду. Она, действительно обладала свойством трансформироваться под человека и высокая зевса без проблем влезла в неё. Более того, одежда не только трансформировалась, но и восстанавливалась и пока они переодевались прожжённые энергетическими лучами на ней отверстия затянулись. Но на более низком кросе одежда Трутты выглядела изрядно мешковатой, так как обладала лишь незначительным свойством трансформации. К тому же на одежде Мартова и Трутты не было прожженных отверстий и потому уйгур выстрелил в те же места кросов, куда попали заряды трастов, чтобы их смерть выглядела правдоподобной.
Когда переодевание было закончено, состроив непонятную гримасу, уйгур открыл входную дверь, выглянул в коридор и затем повернул голову в сторону Мартова.
— Никого! Сейчас глубокая ночь в Айсоре. Быстро перетаскиваем мёртвых в ваш номер. Пусть трои думают, что вы перестреляли друг друга, — затем он перевёл взгляд на кроса и что-то произнёс на незнакомом Мартову языке.
Шагнув к одному из трастов, крос схватил его за шиворот и поволок в коридор. Тоже самое сделал и уйгур. Мартову и Трутте пришлось тащить мёртвых трастов. По пути Марчела Трутт подняла с пола скринвейр. К удовлетворению живых никакой крови из трупов не вытекало и потому никаких следов нигде не осталось.