Отец Лю Пина принял довольно низкую позу и, не решаясь сесть, протянул руку в сторону Чжоу Цзина, сидящего на главном месте, сказав:
— Несколько дней назад мой сын не вовремя заговорил и обидел Прозревшего, оседлавшего ветер. Это моя вина, что я плохо его воспитал. Сегодня я привел его, чтобы навестить вас и извиниться за то, что произошло в тот день. Я также приготовил небольшие подарки в качестве извинения и надеюсь, что Прозревший оставит прошлое в прошлом. Моя семья Лю давно восхищается вами, и мы просто хотим установить с вами хорошие отношения…
Он сказал много хороших слов, полных вкрадчивого смысла и лести, а затем повернул голову и строго крикнул Лю Пину:
— Пин’эр, почему бы тебе быстро не встать на колени и не извиниться перед даосом?
Со звуком *пум* Лю Пин без колебаний встал на колени, как будто поклонялся богу в даосском храме, и сделал большой поклон, в страхе сказав:
— Я не знал, что в то время передо мной стоял бессмертный. Я был слеп и действительно свободный_мир_ранобэ признаю свою ошибку. Пожалуйста, пощадите меня, Совершенный. В будущем, если у вас будут какие-либо указания, я сделаю всё!
Чжоу Цзин принял поклон, после чего слегка поднял руку.
— Нет нужды упоминать о пустяках, я уже давно перестал принимать их близко к сердцу.
Оба мужчины были в напряжении, их ладони вспотели, но только услышав эти слова, они вздохнули с облегчением, поняв, что наконец-то преодолели это препятствие.
Первые два раза им было отказано в доступе, а сегодня, когда им наконец разрешили встретиться, старейшины семьи поговорили с ними, потому что они создали проблемы и испортили шанс встретиться с мастером. Если они не смогут уладить с Совершенным дела сегодня, то их попросят покинуть семью.
Лю Пин и его сын были так взволнованы, что некоторое время льстили ему, но когда Чжоу Цзин поднял пиалу с чаем и сделал глоток, тут же откланялись, оставив несколько коробок с подарками.
Слуги семьи Е немедленно пришли и перенесли имущество во двор Чжоу Цзина. Ситуация была до боли знакома, так как они выполняли эту работу бесчисленное количество раз.
Чжоу Цзин взял в руки список подарков и посмотрел на него, поджав губы:
— Эта семья Лю очень щедрая. Кажется, что они очень искренние.
На самом деле у него не было никакого особого мнения о Лю Пине, он просто использовал этот вопрос, чтобы извлечь из него хоть какую-то выгоду. Когда он увидел искренность семьи Лю, то отпустил их с крючка, в конце концов, это был просто словесный спор, он не собирался заходить слишком далеко.
За последние несколько дней было слишком много людей, которые дарили подарки. Никто из разных семей столицы не пришел с пустыми руками. Он уже накопил более сотни мешков с драгоценностями, и двор, в котором он жил, скоро не сможет их вмещать. Семья Е поспешила освободить новый, чтобы он служил складом Чжоу Цзина.
Среди подарков было одно только золото и серебро — состояние, которое ни один обычный человек не смог бы заработать за десять жизней, не считая драгоценности, нефрит, антиквариат и другие предметы роскоши.
В данный момент ему некуда было девать деньги, но Чжоу Цзин не отказывался от накоплений. В любом случае, все это были деньги от богатых семей и скорость, с которой он накапливал богатство, была подобна постоянно текущей воде.
Чэнь Фэн, вероятно, захочет создать что-нибудь большое в будущем. В тот момент, когда Билл накопит достаточно средств, он создаст возможность для того, чтобы его «ограбили»… Он будет рассматривать это как то, что эти богатые семьи косвенно финансируют «амбициозную молодежь».
Чжоу Цзин отложил список подарков и приготовился посмотреть, есть ли еще что-нибудь, на что стоит обратить внимание.
В этот момент, шатаясь, подошел старый мастер Е с тростью. За ним следовал слуга.
Увидев это, Чжоу Цзин отложил приглашение и поднялся, улыбаясь: — Старейшина, вам в последнее время стало лучше?
— Благодаря Совершенному, я наконец-то вернулся из врат ада.
Старик был счастлив и слегка запыхался, но выглядел он немного лучше, чем раньше.
После того как злой дух был изгнан из его тела, он каждый день принимал Нефритовую Пилюлю Жизни, чтобы восстановить организм, и благодаря внимательному отношению Чжан Цзиндуаня к его здоровью, он теперь мог ходить.
После короткого приветствия они снова заняли свои места.
Старый мастер Е немедленно заговорил благодарным тоном: — Прозревший, оседлавший ветер спас жизнь старику. Я запечатлею эту доброту в сердце навсегда. Когда моему телу станет лучше, я отблагодарю вас.