Встав, маг жизни пнул тело, после чего спокойно пошёл на выход, проходя мимо тел стражников и слуг — кто-то сгнил, чье-то тело вросло в стены и потолок, кто-то, так же, как и барон, мутировал, перестав напоминать собой человека.
Молодой мэтр прошёл мимо застывшей служанки, что стеклянными от ужаса глазами смотрела на происходящее и просто не могла пошевелиться, сколько бы не пыталась.
— Ты довольно симпатичная, — погладил по голове служанку юноша. — Знай — твоя красота спасла тебе жизнь.
Выйдя на улицу, маг вновь остановился, повернув голову на место, где только что устроил бойню. Это было нежелательно, но ему все равно ничего не будет — за пограничным городом никто не следил и лишь полное уничтожение может заставить верхушку сделать какие-то шевеления. Может, кому-то головной боли смерть барона и доставит, однако, увидев, каким образом он умер, никто и не подумает пытаться расследовать это дело.
Особенно учитывая, что подобное нападение могут принять как ответ агрессии Империи. Это здорово развязывало руки. Главное было не перебарщивать… слишком сильно.
— Значит, не показалось.
Молодой мэтр ощутил остаточные следы магической энергии в кабинете барона, что навело его на довольно много мыслей.
Юноша был немного раздражён. Это был первый раз, когда он мог нормально развлечься и не думать о последствиях — в конце концов, не у себя дома, а в Империи, с которой, вполне возможно, в ближайшие годы начнётся полноценный военный конфликт. Парень и подумать не мог, что наёмники, стадо, за которым ему приказали следить, неожиданно подвергнется нападению под руководством какого-то мелкого аристократа.
Теперь же всплыл новый факт — его кто-то направил.
Причём этот кто-то фонил энергией так, словно либо пытался привлечь этим внимание, либо не умел контролировать собственный источник.
Это было… странно.
Глава 5
Следующая неделя для Михаила прошла практически спокойно. Ему удалось прожить пару дней у странной женщины, — хотя, он, наверное, ещё более странный, так что не ему об этом думать, — после чего он пошёл дальше — так, мальчик один день прожил в доме помощника продавца на рынке, после смог напроситься к ремесленнику.
Обладая возможностью слушать мысли людей, мальчик быстро мог найти то, что обычные дети никогда бы не смогли. По причине же того, что он стал выглядеть намного ухоженнее, здоровее, — достаточно плотная еда с магическим источником в груди творили чудеса, — и чище, его стали намного охотнее брать к себе.
Встречают по одёжке, в конце концов.
Модель поведения он тоже подкорректировал, перестав вести себя перед остальными как побитый, невинный и очень ранимый ангел. Самара его кое-как знала и жалела, так что причина пускать нюни была, но остальные…
Смысл? Остаётся только проявлять как можно больше вежливости. Тут уже исключительно возраст — старшие по возрасту люди, независимо от своих заслуг или их отсутствия, будут скорее всего чувствовать превосходство перед младшими. А тут бездомный мальчик, без какого-либо происхождения, пришедший в роли просителя. Ситуация в городе плачевная, еды много кому не хватает, так что ещё актуальнее. Естественно, что они будут ждать уважения. И Михаил им его давал. Ему что, сложно? Зачем вступать в бесполезный конфликт и показывать, что он не испытывает должного уважения к этим людям?
В дополнительный знак благодарности он дарил людям, которые ему помогли, немного энергии, как это сделал с пьяницей, и перед уходом общался с ними в их снах. Для него мелочь — для них же возможность излить душу.
Конечно, это лишь вершина айсберга того, чем он занимался. В первую ночь Михаил так и не смог найти достойного человека для Самары, как и не смог на второй день. То же самое касалось и детей.
Лишь на третью ночь Михаил смог наткнуться на достаточно подходящий зов.
«…любовь…любовь…любовь…»
Так, мальчик стал наблюдать за тридцатилетним торговцем, Джанусом, что, путешествуя, искал себе ту, кто его примет. Дело в том, что у мужчины была изуродована половина всего тела, которая была до того страшна, что даже маги не могли ему помочь. Точнее, они-то могли, но это обошлось бы ему слишком дорого — торговец просто не мог себе позволить такие услуги.
— Говорили что-то про духовное тело, успевшее привыкнуть к ожогу. Сказали, что придётся выращивать всё с нуля и корректировать изменения… Не помню уже, — покачал головой мужчина. — Пришлось от большинства услуг отказаться.
Его голос был хриплым и отталкивающим — как ни странно, горло тоже было повреждено, чего Михаил, правда, не видел — Джанус даже во сне ходил в странной, закрытой одежде с очень длинным воротником, который закрывал не просто шею, но и половину лица мужчины. Мальчик имел сомнения, что нелепость наряда тоже играла свою роль в несчастье торговца.