Всё это время Михаил боялся не то, что пошевелиться — он старался как можно реже моргать. В его зрении, за пределами временного укрытия, цвета постоянно искажались — мелькали тёмные цвета, иногда светлые. Преобладала уже даже не тьма, а холодная серость, постоянно меняя свою палитру на что-то другое.
Время для мальчика, — и, вероятно, Матушки, — растянулось, из-за чего казалось, что нечто над ними поет уже вечность и не собирается прекращать.
Не передать словами, какое же облегчение испытывал Михаил, когда понял, что голос стал медленно удаляться. Спустя ещё тридцать минут молодой человек вообще перестал слышать голос неизвестной… девушки. Остался лишь шум постепенно затихавшего ливня и медленно удаляющейся грозы.
Цвета перестали искажаться, вновь вернувшись к тёмным. Мальчик даже стал видеть вдалеке, немного пустив в глаза энергии, мелькающие тени, что его, наоборот, успокоило — было хотя бы понятно, что это такое.
Михаил громко выдохнул, буквально размякнув на земле. На секунду он даже подумал, насколько же повезло маленькой Росе, что она не стала свидетелем… чего-то.
— Матушка, вы знаете, что это было? — тихим голосом спросил Михаил, всё ещё боясь привлечь ту… певицу.
Он понимал, насколько это было иррационально, но ему было всё равно.
— Дитя, я не всезнающая, — тем же шепотом ответила девушка, сама заметно расслабившись. Матушка начала осторожно гладить рукой по волосам Михаила. — Чтобы это ни было, оно не принадлежит материальному миру. За пределами нашего плана бытия существует бесчисленное количество других, где обитают такие создания, что не приснятся тебе даже в самом страшном сне. Просто не думай об этом.
Михаил чуть нервно хмыкнул.
Он представлял. Ещё как представлял. Только, тогда он был с уже знакомым Другом, который не хотел ему плохой судьбы. Сейчас же… Всё было уже не так однозначно.
Мальчик с завидной регулярностью стал натыкаться на нечто, что может подарить ему далеко не только смерть.
Примерно с такими мыслями спустя ещё где-то час Михаил вновь уснул, проспав на этот раз до самого утра.
***
На следующий день погода была хорошей, хотя и было довольно сыро. Михаил чувствовал себя немного не выспавшимся, но, как ни странно, довольно бодрым. Ему хотелось как можно быстрее добраться до города, где он сможет лучше узнать обстановку. В конце концов, было интересно, как продвигается конфликт между Империей и Королевством, какой сейчас год, месяц…
И может ли он вообще читать, или ему придётся опять переучиваться, учитывая, что за время, которое пробыла Матушка в Лесу Духов, всё могло измениться. Не говоря о том, что нужно было что-то делать с меткой Лоруса, да и вообще узнать, насколько род «Цветка Жизни» большой, — ещё бы мальчик забыл представление Лоруса. Оно у него отпечаталось в голове хорошо.
От девушки Михаил уже знал, что рода — объединения магов с одной плановой предрасположенностью и направленностью, что существуют много дольше той же Империи Морус. Род мог быть разных размеров, у рода могли быть побочные ветви, да и вообще очень выгодно к нему принадлежать — всегда найдётся учитель, что будет с высокой вероятностью твоим ближайшим родственником и уж точно не обидит, у рода часто могли быть в слугах влиятельные личности самого разного характера и так далее.
Ограничения, конечно, тоже были — в первую очередь свободы воли. Старшие в роду решали за детей, что им и когда делать, с кем и когда спать, куда ходить, с кем воевать и это лишь вершина всех ограничений. И чем дальше маг находился кровно от предполагаемого главы рода — тем у него меньше могло быть прав. Дабы не было восстаний, при должном уровне сил маг из рода мог получить больше прав и уважения, либо вообще выйти из рода, но это редко когда заканчивалось хорошо.
— Матушка, а вы тоже принадлежали к какому-нибудь роду? — от скуки вновь поднял эту тему мальчик, уже не зная, о чём можно поговорить с девушкой.
Роса продолжала болванчиком за ними идти. Михаил надеялся, что она хотя бы что-то, но усваивала. После пробуждения он вновь провёл процедуру вливания энергии и даже в её псевдо-сне вновь сделал ещё один «заряд», из-за чего местность там стала ещё чуть светлее.
По крайней мере, видна положительная динамика.
— Какое-то время, — немного подумав, ответила вроде бы безразличным тоном девушка. — Дитя, большая удача, что ты сам по себе. Тебе может быть сложнее в обучении, но твои перспективы намного больше детей из рода. Свобода — то, чего нет даже у главы. Живи, как того хочешь, и делай что хочешь.
— Думаю, всё не настолько радужно, — чуть грустно улыбнулся мальчик.