Светловолосая красавица спряталась в своём вместилище, кажется, своей силой чуть «приобняв» мальчика. Волна холодной, но при этом тёплой лично для него энергии прошлась по нему, окончательно разбудив. Вместе с этим был и другой эффект — миазмы тьмы чуть отошли, из-за чего молодой человек видел больше. Очевидно, Матушка озаботилась его проблемой.
Михаил чуть улыбнулся, после чего, не создавая лишних шумов, вышел из своего номера в узкий коридор, пытаясь сконцентрироваться на том, где больше тьмы. Пустив немного энергии в глаза, мальчик увидел, в каком направлении сгущается всепроникающая энергия… чего-то.
Чувствуя, что никто персонально его ждать не будет, молодой человек побежал в сторону уплотняющийся тьмы, параллельно переставая усиливать глаза — даже без этого тёмной энергии было достаточно, чтобы видимость его зрения практически полностью упала и, если бы не помощь Матушки, можно было и ослепнуть.
«Нужно хотя бы попробовать научиться это как-то контролировать», — промелькнула мысль у Михаила.
Ощущать себя настолько ограниченным прямо перед возможной опасностью ему не очень нравилось.
Долго искать номер, откуда сочилась тёмная энергия, не пришлось — Михаил за неделю жизни в этом ресторане низшего разряда успел в духовной форме изучить его вдоль и поперёк на случай, если нужно будет бежать, — мальчик никогда не забывал про опасность появления магов жизни — паранойя была с ним и чувствовала себя просто прекрасно. Плюс, ко всему прочему, он уже был во снах трактирщика и его детей, подарив им немного своей энергии, поэтому прекрасно знал, кто и в каком месте ночует.
«Номер Фидо и Фиуса», — помрачнел молодой человек.
Так звали детей трактирщика. На самом деле, как уже узнал Михаил, они были на редкость хорошими детьми. Впрочем, неудивительно — жили неплохо, отец дарил им любовь и прививал свои нормы, из-за чего росли они вполне хорошими людьми.
— Малыш, дверь уже взломана, — шепнула ему проявившаяся возле него Матушка.
Прислушавшись к словам Матушки, попытавшись открыть дверь, молодой человек с удивлением понял, что замок действительно был уже выломан — из-за ночной темноты, что была ещё и наложена на «особенность» его зрения, умноженную на чёрные миазмы… Объективно, Михаилу нужно было щуриться, чтобы что-то увидеть.
Это проблему точно нужно было как-то решать.
Дверь с лёгким скрипом открылась. В этот же миг на Михаила что-то сделало рывок. Мальчик только и успел, что рефлекторно защитить себя магией, однако это не потребовалось — Матушка, незримо охранявшая мальчика, взяла энергией смерти в холодные тиски тварь, точно ожидая что-то подобное.
На этом ничего не остановилось. Казалось, что кто-то наоборот нажал на спусковой крючок — из комнаты детей вспыхнуло чернотой, которая чуть не откинула Михаила к стене. Некто выбежал из номера и попытался сбежать.
Молодой человек умудрился защититься астральной энергией, после чего, из-за густоты тьмы в округе толком ничего не видя, доверившись слуху, сконцентрировал как можно больше энергии и потянул на себя. Даже не потянул, а резко дёрнул, насильно обрывая связь физического тела и энергетического.
Естественно, что подобному весьма страшному «трюку» его обучила Матушка. Как ни странно, но подобного рода приёмы были для него естественными — сами его способности были заточены на это.
Тело, которое из-за густоты энергии молодой человек не мог почувствовать, издало подобие хрипа, после чего упало, ударившись на бегу об стену.
Девушка, державшая в тисках какую-то вьющуюся чёрную змею, улыбнувшись подобно гордой матери за своего ребёнка, едва слышно топнула ногой, из-за чего тёмно-зелёная энергия смерти распространилась вокруг, возвращая молодому человек видимость. Хотя бы частично.
— Легче, дитя? — погладила свободной рукой по голове моргающего мальчика, в глазах которого слишком уж резко изменилась палитра.
Казалось, в небольшом коридоре стало чуть прохладнее.
Вероятно, причина, почему к ним ещё никто не пришёл, заключалась в том, что номер братьев находился у винного погреба, где больше никого не было.
— С-спасибо, Матушка, — чуть дрогнул голос молодого человека.
Он перевёл своё внимание на энергетический сгусток в руке, из которого выходили чёрные миазмы. Что удивляло — перед ним было что угодно, а не «демон». Михаил мог это понять по тому, что сгусток энергии частично искажался, иногда словно по привычке пытаясь принять мужскую фигуру, что чернота рубила на корню.
— Дай это мне, — перехватила душу из руки молодого человека девушка.
Михаил мог видеть, как энергетический сгусток стал извиваться и дёргаться, но куда ему до светловолосой красавицы?