Михаил послушался Матушку и быстро заключил контракты с духами, не желая испытывать её терпения. Вероятно, девушка так сильно бы не переживала, если бы могла в форме духа путешествовать с ним, однако она как не могла далеко отойти от своего вместилища-клетки — так и не может. Взять же с собой материальный предмет в призрачной форме Михаилу слишком накладно. Бесспорно, теоретически возможно, — влиять на материальный мир, в конце концов, он мог, — но слишком уж много подводных камней получалось.
Конечно, было тело Росы, которое могла использовать девушка, однако ей также пришлось бы взять под контроль тело Михаила — это ограничило бы ещё больше. Прятать же где-то тело было довольно опасно, учитывая, что на него идёт охота. Да и вообще оставлять бессознательное детское тело без присмотра не слишком безопасно.
В любом случае дело оставалось за малым — привлечь внимание химер, после чего натравить на нечисть в городе. Наткнулся на них мальчик быстро — с его зрением в этом не было ничего сложного.
Признаться, крупные, устрашающие фигуры мужчин, — вероятно, — в закрытой одежде немного напугали мальчика, однако он взял себя в руки, принявшись исполнять наспех придуманный план.
Главное было не дать химерам понять, что его, по факту, и нет — пришлось держать определённое расстояние и по пути оставлять побольше родной энергии, на которую легко клюнули эти существа.
В конце концов, откуда они могли знать, что преследуют духа? Они не могли этого знать. Даже подумать в таком ключе было сложно — с духами тут мало кто контактировал, если вообще кто-то. Поднявшийся же ливень ситуацию для молодого человека лишь улучшил — ухудшившаяся видимость обеспечила ему дополнительную «маскировку», из-за которой никто не видел ничего странного в том, что его нельзя было разглядеть.
Слишком доверять сверхъестественным чувствам — не самая лучшая идея.
Михаил спустился вниз, побежав по извилистым переходам. Канализация даже пугала своими размерами, словно намекая, что раньше у неё были немного другие функции. Сгущавшуюся тьму разгоняли духи, с которыми заключил контракт Михаил, из-за чего он не терялся в пространстве.
— Если на кого-то наткнёмся — прекращайте любое воздействие, — отдал приказ Михаил.
Духи ответили образом-согласием и лишь Игнис в зрении мальчика чуть мигнул, как бы намекая, что это и так очевидно.
Чем ближе Михаил подбирался к демонопоклонникам — тем тяжелее ему становилось. Создавалось впечатление, что на него начали давить стены; поднялся какой-то неприятный запах, что особенно странно, учитывая, что молодой человек не мог их нормально чувствовать в призрачной форме.
Естественно, что бесконечно бежать он не мог.
В конечном итоге он таки наткнулся на первого демонопоклонника.
На перекрёстке Михаил неожиданно столкнулся с проходившей мимо фигурой. Молодой человек застыл прямо перед ничем не примечательным мужчиной, что тоже остановился, начав удивлённо крутить головой.
«Не увидел, но почувствовал», — понял мальчик, рефлекторно перестав дышать.
Это было бесполезно, да и, в общем-то, в призрачной форме вообще не нужно, однако чисто психологически ему было так легче.
Духи, естественно, тоже перестали как-либо себя проявлять.
В конечном итоге раб тёмных существ поморщился, в последний раз помотал головой, словно избавляясь от наваждения, после чего буквально прошёл сквозь Михаила по своим рабодемоническим делам дальше.
Был высок шанс, что он пересечется с химерами. И почему-то молодой человек сомневался, что появление подобного неучтённого фактора их остановит от преследования цели. По крайней мере, Михаил на это надеялся.
«Значит, так?» — непроизвольно улыбнулся мальчик. Его улыбка была чуть нервная, но оттого не менее довольная.
Ведь он почувствовал возможность.
Молодой человек побежал дальше, в конечном итоге найдя странный переход, куда привело его зрение, благодаря чему он вышел в уже полноценные, самые настоящие катакомбы, которые вели его строго вперёд.
Михаил перестал бежать, ощутив… что-то плохое. Медленным шагом он пошёл по узкому переходу, чувствуя всеми фибрами своей души, что впереди происходило что-то не очень хорошее.
Сделав глубокий вздох, молодой человек пошёл дальше.
Пока не вышел в просторный зал, где лежали десятки детских и, в редких случаях, взрослых тел бессознательных людей, которых толпы рабов, продавших свою душу за мнимую силу, с безразличными лицами молча стаскивали в повозки, что тащили лошади с почерневшим зрачком. Было маловероятно, что они тоже продали свои души, однако с ними точно что-то сделали. Помещение было настолько пропитано тёмной энергией, что видимость для молодого человека опять упала едва ли не до нуля.