Мужчина не убивал всех направо и налево, а только тех, кто нападал на него и Присси. Слуг не трогали, как и рабов, но стражники, сами члены семьи…
Их судьба была другой.
Горшечник медленно пошёл в поместье. В поместье было хорошо видно, какая же паника у всех началась — разбитые вазы, окна, — вероятно, в порыве паники некоторые слуги буквально выпрыгивали в окно, увидев приближающуюся девочку, — разбросанные ножки стульев, которыми, скорее всего, особо смелые жители этого поместья пытались отбиться, редкие трупы с остекленевшими взглядами…
Иренеус видел, насколько же его приёмная дочь ненавидела смертных, виноватых в её горе — в конце концов, девочка изначально сама была частью семьи виконта. В какой-то степени. История была даже банальной — дочь служанки и сына-аристократа, мать, которую в конечном итоге, предварительно унизив, убили за то, что она умудрилась скрыть беременность, а саму девочку, уже к тому моменту успевшую немного вырасти и немного осознать жестокость мира, «пожалели» и выкинули на улицу, оставив сильную психологическую травму.
Стоит понимать, что семьи аристократов в Империи не были так беззащитны, как могло показаться на первый взгляд — им часто служили одиночки-маги, в семьях аристократов, дабы хотя бы как-то ослабить давление перед родами, тоже были маги и, в целом, в Империи большинство семей аристократов мало чем отличались от семей родов. Разница в том, что они напрямую служили Императорам. Впрочем, было и кое-что ещё — если в родах члены рода практически поголовно все были магами, — если, опять же, они напрямую относились к роду, а не были его слугами или рабами, — то у аристократии магов в семьях было меньше.
До основного похода Иренеус отловил магов семьи Присси, после чего, дав девочке выпустить на них злость, — она их явно знала, — выкинул тела на план тьмы.
Горшечник не был ни добрым, ни злым, ни, возможно, серым. Ему нужно было воспитывать приёмных детей. Он видел, что его дочь гложет проблема из её прошлого, не даёт ей расслабиться и пойти развиваться дальше. У неё изначально был неплохой талант и Иренеус, особенно учитывая возможное мрачное будущее, просто обязан был ей помочь. Как умел.
Горшечник пошёл дальше по тёмным коридорам, чувствуя свою приёмную дочь и ученицу на втором этаже.
Раздался мужской вопль, полный боли и отчаяния. Иренеус остановился, выглянув в разбитое окно. У него были способности следить за всем на расстоянии, поэтому он совершенно не переживал за безопасность Присси.
Напротив же этого, он переживал за её психологическое здоровье.
Горшечник не просто так дал столько возможностей девочке отомстить — он хотел увидеть результат и понять, в какую сторону её развивать.
Нужно ли сосредоточиться на медитациях, на борьбе с влиянием собственной стихии и внутренних демонах, которые могут повредить её личность, или нужно наоборот взять во внимание её чувства, чтобы они помогли ей стать сильнее, дали мотивацию и цель? Сможет ли она противостоять своим желаниям? Это ещё предстояло узнать.
Горшечник совсем по-старчески вздохнул.
С Олусом и Серенсом ему намного проще…
Мужчина ждал. В какой-то момент он перевёл взгляд на шедшую по коридору плачущую девочку, в руках которой были два свёртка. Дети в её руках громко плакали, но горшечник был искренне рад такому развитию событий. Иренеус мягко улыбнулся, после чего подошёл к девочке и нежно погладил её по голове.
— Я… я не могу их убить… — задрожали руки обычно спокойной и даже холодной Присси.
Иренеус покачал головой.
— И именно поэтому я горжусь тобой. Пошли. Ты сделала то, что хотела.
— О-отец, вы… вы не…
— Ты должна видеть то, что натворила, — стал взгляд горшечника серьезнее. — Пошли, Присси.
Поднимется ли от произошедшего здесь какая-то буря или нет… какая разница?
Все правила, все нормы морали и приличия просто не имели никакого значения для достаточно сильного мага. Это знали все — и поэтому магов так боялись.
К сожалению, обоснованно.
***
— Значит, освободить ангела не получилось? — беззаботно спросил мужчина средних лет, отдыхая в своей роскошной комнате.
Казалось, он выделялся одним фактом своего существования — мускулистый, высокий, статный. Одним своим видом он словно распространял ауру власти и силы. Некоторые крестьяне могли принять его за полубога.
Услышав же, кто он, то наоборот бы убедились в своих мыслях.
Нынешний Император Империи Морус Мартиус. Стоит понимать, что Императоры сменялись довольно редко — один Император спокойно мог прожить около двухсот лет, из-за чего со времён прихода Первого Императора прошло не так много поколений правителей. Основа Императоров была в их родственных узах с Первым Императором Мориором, что делало ситуацию весьма необычной — с одной стороны их уважали, а с другой — вся их репутация банально тонула под величием их предка.