"Был R2, стал А-50 (1)", - подумал я. - "Ну, феды, сейчас вы узнаете, каково было братьям Сербам (2)". А станция управления дроидами, была уже видна невооруженным глазом, и стремительно росла по мере приближения.
- Здесь Синий-Два, - передал я на общем канале. - Не обращайте внимание на работу локаторов. Все по плану. Командир, вы им щиты все равно не пробьете. Так что оттяните "Стервятников" за корму станции, а когда я буду подходить, имитируйте атаку шлюзов.
- Синий-Два, это Браво-Лидер, ты что удумал?
- Хочу в гости наведаться, - ответил я. - Эр Вторые начать синхронизацию радаров.
После чего, отключил связь. "Хатт подери, только бы послушали!"
Я вывел истребитель на "Лукрехалк" со стороны носа и чуть ниже, намереваясь сходу проскочить в ворота ангара. Но не тут то было. Этот паразит Оливье с сотоварищи, и не подумал меня слушать. Они как дятлы долбили пушками и торпедами дефлекторное поле корабля, что на последнее особого впечатления не производило. Одно было хорошо - из наших пока никого не, сбили, в основном благодаря тому, что зенитки и истребители противника были лишены возможности вычислять параметры движения целей, и вели огонь практически "на глазок". А вот на счету эскадрильи "Браво" было уже четырнадцать дроидов-истребителей - все же всеракурсный обзор, в сочетании с эффективной селекцией "свой-чужой", и бесполезностью средств РЭБ (3) противника - серьезный козырь.
Нам со Скайуокером на встречу, бросились восемь вражеских машин. "Блин, почти как у Высоцкого! (4)" - подумал я. Радовало только то, что ребятки оттянули остальных. Я крутанул истребитель, про себя матеря мудаков, что отключают честным дроидам системы управления огнем. И крикнул в СПУ:
- Скайуокер, давай!
И кто тут дроид? Во всяком случае, с задачами ведения огня мальчишка справлялся великолепно. Ни чуть не хуже нормальной прицельной системы. Пушки выдали несколько коротких серий лучей, и два "Стервятника" вспыхнули огненными шарами, а третий задымил, и, беспорядочно кувыркаясь, полетел в сторону.
- Им даже не надо крестов на могилы - сойдут и из крыльев кресты! - весело прокомментировал я, уходя под прикрытие корпуса станции.
- Что!? - удивился малыш. - Какие кресты?
- Да это я так. Не обращай внимания, - поспешил ответить я, подумав. - "Если ничего не выйдет из моей затеи, вот Вейдер шуточку то припомнит, ситх!"
Из-за антенн и надстроек корабельного ядра, наперерез нам метнулось новое звено. Эни вновь открыл огонь, и еще один "Стервятник" превратился в облако плазмы. Но от ангара нас капитально отсекли. Я даже не представлял, как туда пробиться, когда тебя, как дичь на охоте, загоняют сразу девять противников. И это не считая туевой хучи зениток. А набуанцы, тем временем, продолжали бесцельно долбиться в щит станции, и уже понесли первые потери.
- Эни, я не могу пробиться к ангару! - признал я. - Принимай управление!
Я переключил систему в "ручной" режим. А малыш, развернув истребитель, нырнул под корпус станции, уходя в новый заход. Разворот. У нас на хвосте повисло сразу шесть вражеских машин. А этот малолетний самоубийца стал выкручивать наш кораблик из стороны в сторону, пытаясь хаотичными маневрами сбить прицел врагу.
- Энакин, влево доворачивай! - крикнул я, видя что мы сейчас опять проскочим мимо ворот ангара. - Хатт твою душу!
В нас все-таки попали, отрубив на несколько секунд щит, и выведя из строя основную шину передачи данных правого двигателя, и заклинив правый магазин подачи протонных торпед. Вот гадом буду - кое-кто отвлекся на бедлам, что устроили в эфире доблестные пилоты королевства Набу. Но, нет худа без добра - нас вынесло прямо на ситхов ангар.
- Выравнивай, Силу в шебс, Эни!
Мы, летя чуть под углом, пробили поле герметизации ангара. И не снижая скорости, помчались по длинному изогнутому туннелю. Мимо нас понеслись корабли, какие-то контейнеры, рубка диспетчеров, которые от такой борзоты с нашей стороны откровенно офигели. Энакин чудом увернулся от тросов мостового крана, и все несся вперед.
- Тормози, детский суицид! - орал я на него, одновременно переключив на себя управление двигателями, и врубил полный реверс.
- Я пытаюсь! - откликнулся Скайуокер, пробуя за счет резких изменений тангажа (5) погасить скорость. - Я пытаюсь остановить корабль!
- Используй Силу, хатт твою так! Делай и не думай!
Истребитель дернулся, как если бы натолкнулся на невидимую преграду, а затем ударился об палубу, подскочил, снова ударился, и проехался на брюхе по металлическому покрытию, развернувшись несколько раз вокруг вертикальной оси.
- Упс! - с явным облегчением произнес Эни.
"Двадцать семь метров до стенки. Это было близко", - про себя констатировал я. - "Хорошо, хоть движки не перегрел. Хотя щит все же сдох. Хатт!"
- Куда стрелять, R2? - спросил, озираясь, мальчик.
- Жди. Жди, сейчас щит восстановится... - мне казалось, что цифры заряда щита сменяются сегодня как-то очень медленно, а В-1 с поднятыми бластерами, подходили все ближе и ближе.
- Что вы здесь делаете? Идентифицируйте себя! - спросил, направив на нас оружие, дроид-командир.
- Азимут 255, высота 2, как раз за теми дроидами. Взлетаем - отрабатываешь из пушек по ним, следом торпедой в створ тоннеля, - по внутренней связи сообщил я Энакину, и, переключившись на бинарный, обратился к дроидам. - Милорд главнокомандующий с инспекционной проверкой обороноспособности станции!.. Вы ее провалили!
Быстро включив щит и репульсоры, я поднял корабль на пол метра над полом ангара, и, развернув его в нужном направлении, крикнул:
- Энакин, давай!
Пара зеленых лучей перечеркнула группу дроидов, разворотив обшивку стен взорвав контейнеры за их спинами, а в следующий миг, истребитель качнулся, выпустив две протонные торпеды, что оставляя за собой светящийся след, скрылись в одном из коридоров, по стенам которого шли пучки кабелей и труб.
- А теперь, ходу отсюда! - крикнул я, вновь передавая управление Эни.
Трехкилометровую дуру "Лукрехалка" сильно тряхнуло. В ангаре мигнул свет. А под потолком взвыли сирены. Мы же, врубив двигателя на полную мощность, помчались к выходу из ангара.
- Ух ты, это лучше чем гонки! - в полном восторге прокричал Энакин, уворачиваясь от все тех же контейнеров, крана и кораблей, что мы миновали двумя минутами ранее.
Далеко за кормой истребителя раздался взрыв - взорвались трубопроводы системы охлаждения, и теперь ничто не могло спасти корабль Федерации. Как только магниты, что удерживают почти тысячу тонн водородной плазмы в активной зоне реактора, нагреются до потери сверхпроводимости, они моментально разрушатся, и произойдет расплавление реактора, а затем, аннигиляция антиматерии в накопителях гипердрайва (6). Корабль снова тряхнуло. Освещение в ангаре погасло, пленка герметизирующего поля прямо перед нами исчезла, и мы, вместе с воздушным ураганом вырвались в открытый космос.
- Браво-Лидер, что там такое со станцией? - раздался в эфире встревоженный голос, когда из корпуса корабля ударила первая струя пламени.
- Понятия не имею, Браво-Три - ответил тому Рик Олие.
- Не может быть... - сдавленно произнес кто-то.
- Эй, ребята, она же взрывается изнутри! - не скрывая изумления, воскликнула Браво-Два.
- Это не мы! - ответил ей Олие. - Никому не удалось пробить щиты... Так, Синий-Два, отвечай, это твоя ра...
И в этот момент бабахнуло, а точнее полыхнуло, потому как в космосе звук не распространяется. Зато излучение было что надо. Хорошо, что кабина пилота имеет автозатемнение, иначе Эни уже бы ожоги третьей-четвертой степени получил. "Ух, не х*я ж себе!" - подумал я, прикинув по интенсивности свечения и расстоянию, силу взрыва. - "80 мегатонн, полторы Царь Бомбы (7)".