Гости сидели почти до утра. Но не их песни и веселый смех мешал Алине заснуть. Она их даже не слышала. Она просто лежала и смотрела в потолок. Вспоминала отца. Она всегда думала о нем, когда не знала, что делать. В ее памяти он навсегда остался самым добрым человеком, который помогал ей решать все проблемы и сложные задачи. Алине до боли хотелось узнать, что бы он сказал, если узнал, что его маленькая девочка выросла и хочет быть счастливой. Потом Алина глушила в себе ностальгию и начала ругать себя за трусость. Уснула она только под утро, так и не решив, что делать с недоделанным математиком и своей недоделанной жизнью.
9.
Утро понедельника вечера воскресенья мудренее не стало. Никаких гениальных мыслей по решению математической формулы с переменной «Макар» в голову Алине не пришли. Она стала собираться в школу. На кухне уже завтракали мама с Никитой.
— Доброе утро, мама! — поздоровалась Алина, не глядя на брата.
— И тебе доброго утречка! А что это ты с братом не здороваешься? — бодро поприветствовала дочь Екатерина Александровна. — С ним можно сегодня прямо за обе руки. Смотри, какие красивые узоры у него там на костяшках пальцев. Прямо не сын у меня, а самурай.
Алина сначала проигнорировала эти слова, взяла чайник, чтобы налить себе кипятка. Но прямо посередине этого увлекательного процесса, до нее наконец-то дошло. Она с ужасом повернулась к Никите. Внешне никаких признаков того, что он с кем-то дрался, не было видно. А руки он уже старательно прятал под столом. Значит, если с ним относительно все в порядке, то пострадал кто-то другой. Алина кажется понимала, кем был этот другой.
— Алина! Ты что делаешь? — вывел ее из размышлений громкий отклик Екатерины Александровны. — Не выспалась что ли?
Только тут Алина вспомнила про чайник и кипяток. Вода уже наполнила кружку и начала заполнять пространство стола.
— Не дети, а наказание какое-то. Просыпайтесь и возьмите себя в руки. Хватит меня позорить. Алина, убери за собой! — привычно раздавала команды Екатерина Александровна.
Расспросить Никиту о его боевом ночном прошлом Алина так и не смогла. Екатерина Александровна постоянно находилась где-то рядом. Поэтому Алина заторопилась в школу. Уж со второго то виновника торжества она намеревалась стрясти все интересующие подробности. Но прежде всего надо было убедиться, что он хотя бы живой и способен передвигаться.
Алина явилась в школу раньше всех. Но к своему несчастью, Макара к первому уроку она так и не дождалась. Прозвенел звонок, а он так и не появился. Алина места себе не находила. Весь урок истории она сидела, погруженная в свои мысли. Даже получила замечания от Льва Викторовича, за витание в облаках, хотя ходила у него в любимчиках.
— Поскольку вы нынче девятиклассники, все прекрасно знают, что нужно выбрать дополнительные предметы для сдачи экзамена. С сегодняшнего дня я набираю учеников для подготовки. Есть желающие? — произнес Лев Викторович в конце урока и выразительно посмотрел на Алину.
Алина его не слушала.
— Алина! — с нажимом произнес историк.
— Да! Что? — опомнилась она наконец-то.
— Ты совсем меня не слушаешь сегодня! Что я только что сказал?
— Эмм... Простите! — виновато опустила она голову.
— Это на тебя не похоже. Заболела? Или влюбилась? — вкрадчиво поинтересовался Лев Викторович.
— Что?! — в ужасе переспросила Алина.
Вопрос она конечно же услышала. Но вот мгновенный ответ на него, который тут же возник в голове, был слишком ошеломительным. Да и заинтересованные взгляды одноклассников в ее сторону тоже спокойствия не добавляли. Алина по своим ощущениям покраснела не только снаружи, но и внутри.
— Я сказал, что можно начинать готовиться к экзамену по истории. Ты же ее будешь сдавать по выбору? — не подозревая о бушующих чувствах своей ученицы, продолжал допытываться историк.
— Да, конечно, обязательно! — сбивчиво ответила Алина.
На самом деле она так и планировала. История наравне с русской литературой была тем предметом, изучение которого ей давалось легко и с удовольствием. Но сейчас она настолько была далека от мыслей про учебу, что ее ответ прозвучал как вынужденное согласие.