— А ты сегодня идешь на дискотеку в честь первого звонка?
— Нет.
— Мама не пускает? До сих пор отпрашиваешься, как мелкая?
Алине не хотелось больше спорить. Тем более он был почти прав.
— Я почти дома. Пока, Макар. Если будет нужна помощь, как самой умной одноклассницы, я всегда готова. Дать списать, например, — наигранно весело произнесла она, закрывая тему личных вопросов.
— Ну, пока! — не стал ее задерживать Макар. — Кстати, в юбке ты выглядела круче.
Макар дождался, когда возмущенная Алина скроется за воротами.
— Странная она все-таки. Может и вправду, как советовал Сережа, не лезть к ней, — произнес негромко.
Серый дал короткую характеристику всем девочкам класса, и особенно просил не засматриваться на Алину. Не нашего, мол, поля ягода.
Алина зашла домой и остановилась перед зеркалом. Она долго смотрела на свое отражение, поворачивалась из стороны в сторону. Красавицей она себя никогда не считала, но и страшненькой ее тоже назвать было нельзя. Она была стройная с точеными изгибами талии, но вот грудь, к большому сожалению Алины росла медленнее, чем ей хотелось бы. У той же Вики было на что посмотреть. Зато у Алины были длинные волосы, которые впрочем уже были не в моде. Но за каре мама могла выгнать из дома. И тут до Алины дошло, что она пытается посмотреть на себя глазами Макара. Она резко выдохнула.
— В юбке лучше значит. Да кто ты такой, Макар Петровский? Подумаешь, спортсмен. Я почти три года сохла по Сереже, никто не догадался. Что ж я тут годик не потерплю что ли очередного бабника.
Алина оторвалась от зеркала и пошла разбирать учебники.
Тем временем Макар тоже добрался до дома.
— Привет, ба! — незаметно подобрался он к не ожидающей подвоха бабушке и приобнял ее сзади.
— Вот, черт, напугал. Не успел приехать спустя десять лет отсутствия, а уже хочешь прибрать мою оранжерею к рукам? Вычеркну, пожалуй, тебя из наследства, — охнула та от неожиданности.
— Веселая ты, ба. И с чувством юмора все хорошо. Не то что у некоторых, — вспомнил Макар снова Алину на свою голову.
— Это кто тебя так зацепил в первый же день? — с интересом посмотрела на внука Анфиса Вениаминовна.
— Да, неважно, — отмахнулся Макар.
— Неважно, так неважно. Как все прошло-то, рассказывай?
— Да все пучком, ба. Все ребята классные, девочки прикольные, как ты и говорила. Только одна из них бесчувственная принцесса.
— Да ты влюбился что ли?
— Я? Да что ты, ба? Она же мелкая еще и вообще какая-то странная. Да и какая любовь? Я еще молод и горяч, у меня вся жизнь впереди.
— Ага, твой отец также говорил, пока маму твою не встретил. А до того ходил петухом, кур топтал. Девочки так и бегали вокруг дома днями и ночами, — даже с какой-то ностальгией ударилась в воспоминания бабушка Макара.
И тут курицы. Макар был теперь обложен со всех сторон нитями воспоминаний, которые вели к ней. Да половина бабушкиной оранжереи занимали эти, будь они неладны, астры.
— Да это Алина Смирнова, — не сдержался Макар.
— Алинка? Ну теперь все понятно. Это ты, конечно, замахнулся. Не она мелочь. А ты еще до нее не дорос, мой хороший.
— Да что вы все от нее так тащитесь? — воскликнул Макар. — Обычная заносчивая девчонка. Тоже мне, барыня-сударыня.
— Ну вот повзрослеешь, поймешь.
— И ты туда же со своими загадками, — махнул рукой Макар и поспешил сменить тему. — Кто-то с утра мне обещал блинчики с творогом в обмен на ранний подъем. Я свою часть уговора выполнил. Где моя награда?
— Пойдем в дом, шантажист, — ласково произнесла Анфиса, потрепав внука за волосы. — Папа твой звонил.
— Что сказал? Надеюсь, они там нескоро с делами справятся?
— Думаешь, бабуля твоя не строгая и будет тебе все разрешать, пока родители свои дела решают?
— Именно. Ты же самая лучшая, самая добрая, самая крутая бабушка на свете!
— Ох, льстец! Идем уже, блинчики твои стынут, пока ты мне тут дифирамбы поешь.
И Макар решил забить на самую умную девочку в классе. Тем более сидел он с Викой. Она в противовес Алине была всегда открытой и веселой. Правда в целом она была такой со всеми, но на данный момент он явно был топ-1 в ее списке предпочтений. Макар был не против, но на всякий случай флиртовал со всеми тремя, чтобы на него не заявили авторские права.
К Алине с шутками и предложениями о дружбе он больше не лез, но и совсем не замечать ее прямую ровную спину было невозможно. Да и отвечала она почти на каждом уроке. Макар был уверен, что все учителя от нее тащатся, и это его немного раздражало.