Анфиса засмеялась. Макар поставил чайник на стол и хотел двинуться обратно к себе в комнату. Он ничего не понимал в их разговоре, да и не горел желанием обсуждать какие-то книги. Тем более он собирался погулять с Викой и девочками.
— Ну а как же история любви Мастера и Маргариты? — с жаром поинтересовалась Анфиса.
Макар остановился.
— Я ничего не поняла. Ну, в том смысле, что такой любви не бывает. Что это такое? Она несла цветы, и думала, как отвратительна жизнь. «Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож!» Разве такое бывает? — эмоционально ответила Алина, цитируя Булгакова.
— Она не астры там случайно несла? — с усмешкой спросил Макар, решив внезапно для себя немного задержаться в этом интересном обществе книгоманов.
Алина вспыхнула.
— Нет. Это были отвратительные ужасные цветы. И сама любовь у них какая-то непонятная, страдательная. Нет, я ничего не понимаю в такой любви и решительно ее осуждаю.
— Потому что ты мелкая, Мальвина. Тебе бы в игрушки играть, какая любовь! — не удержался Макар.
— Так, мы тут не приключения Буратино обсуждаем, — вклинилась в их спор Анфиса. — То есть тебе не понравилась Маргарита?
— Мне непонятна ее одержимость мастером. Он же для нее ничего не сделал. Писал свой роман постоянно, а потом сошел с ума, сжег роман и попал в психбольницу.
— Не вынесла душа поэта, — снова вставил свои пять копеек Макар. — А что она сделала для него?
— А Маргарита ради него с дьяволом связалась. Ну что в нем было такого, Анфиса Вениаминовна? Что это вообще такое? Если это и есть ваша любовь, то не надо мне такой.
— А какой тебе надо? — не удержался Макар.
Алина замолчала. Во-первых, она сама уже не знала, во-вторых, она бы никогда не стала это обсуждать с Макаром. Алина деловито откусила пирог и запила чаем, демонстрируя занятость своего речевого аппарата.
— Так какую же главную мысль ты для себя вынесла из этого романа, — снова пришла к ней на помощь Анфиса.
— Я как будто заново прочитала Библию. Без налета святости и божества. Библия, в которой не все так однозначно. Где положительный герой приземлен и даже немного скучен, а злодей вызывает чувства сопереживания и даже какой-то симпатии и понимания. И это только в части Ершалаима. А московские черти так совсем красавчики! И остроумны, и веселы! — с ужасом для себя произнесла Алина.
Макар смотрел на Алину и не верил своим глазам. Она была такая разговорчивая, такая эмоциональная и живая. В школе она была настоящим роботом. А здесь вся такая правильная Алина сидела перед ним и осуждала добрых персонажей и восхищалась злодеями. Он забыл, что должен был куда-то идти, с кем-то встретиться. Он бы предпочел остаться здесь навсегда и видеть такую Алину.
Он даже перестал вслушиваться в смысл, и делал вид, что копается в телефоне, а сам просто наслаждался ее голосом, ее энергией, которая только здесь и только сейчас била через край. Тем, что она рядом, близко, только руку протяни. И если бы он не знал ту школьную Алину, черт побери, он бы так и сделал.
— «Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут!» — произнесла тем временем Алина. — Я ведь также и живу, просто не формулировала это так. Это просто поразительно.
Алина случайно посмотрела на Макара и неожиданно встретилась с ним взглядом. Он смотрел на нее так, что Алина сама того не осознавая была готова поверить и в желтые цветы, и в финский нож. Да что там, она чувствовала этот нож возле своей груди и готова была поддаться ему навстречу.
И тут телефон Макара зазвонил. Магия рассеялась. Прежде чем Макар забрал телефон и ушел, Алина на дисплее увидела «Вика».
— Ну, мне пора! — наигранно весело произнесла она, поднимаясь из-за стола.
5.
Снова эта маленькая заноза поселилась в душе Макара. Пока он старательно ее не замечал, все было нормально. А стоило слегка соприкоснуться рукавами и увидеть ее за стенами класса, как опять понесло. Теперь просто видеть ее почти каждый день было недостаточно. Хотелось залезть в ее мысли и разобрать их в подробностях, как она это делала недавно с бабушкой на кухне. Но Алина по-прежнему изображала из себя снежную королеву, и подобраться к ней не было никакой возможности. Зато Макар начал замечать больше, чем раньше.
У них был урок русской литературы. Света зачитывала вслух стихотворение А. С. Пушкина.