Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман,
Исчезли юные забавы,
Как сон, как утренний туман;
Но в нас горит еще желанье,
Под гнетом власти роковой
Нетерпеливою душой
Отчизны внемлем призыванье.
Мы ждем с томленьем упованья
Минуты вольности святой,
Как ждет любовник молодой
Минуты верного свиданья.
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!
Товарищ, верь: взойдет она,
Звезда пленительного счастья,
Россия вспрянет ото сна,
И на обломках самовластья
Напишут наши имена!
— А теперь открываем следующую страницу и находим раздел: Размышляя над прочитанным! — потребовала Екатерина Александровна. — Читаем первый вопрос: Перечислите художественные средства языка, использованные в данном произведении.
Алина сразу протянула руку, но кроме нее было еще пару желающих.
— Света, давай начнем с тебя, раз уж ты нам прочитала стих.
— Здесь есть эпитеты. Это «юные забавы», «утренний туман», «власти роковой».
— Да, все верно. Садись. Кто еще хочет добавить?
Алина продолжала сидеть с вытянутой рукой.
— Так, Варя. Какие ты нашла?
— Сравнение – «как сон, как утренний туман», «как ждет любовник молодой минуты первого свиданья».
— Молодец, Варя! Игорь, а чем ты нас порадуешь?
— Ну-у, здесь есть обращение «мой друг»? — неуверенно спросил как будто сам у себя Игорь.
— Верно! Но это еще не все. Какие средства мы с вами не упомянули?
Алина уже в гордом одиночестве сидела как памятник одинокой поднятой руке.
— А кто найдет здесь оксюморон? — продолжала допытываться Екатерина Александровна.
То ли она делала вид, то ли на самом деле в упор не замечала огромного алининого желания ответить. Зато решительно подняла вторую Алину.
— Алина. Давай с тобой подумаем вместе. Что такое у нас оксюморон?
— Это сочетание противоречащих друг другу понятий.
— Вот, уже хорошо. Где мы можем найти это противоречие прямо в самом начале произведения?
Алина первая сидела уже вся красная, просто изнемогая от желания ответить.
— Тихой славы? — неуверенно спросила вторая Алина.
— Молодец, Алина. Все верно, садись. Кто еще хочет высказаться? Варя, давай с тобой еще поразмышляем. Вот есть у нас здесь выражение «горит еще желанье». Это у нас какое выразительное средство?
— Гипербола? — неуверенно ответила та.
— Не совсем. Что у нас есть гипербола?
— Это намеренное преувеличение.
— Верно, здесь у нас немного другой смысл.
Алина уже почти вслух говорила необходимый ответ, злясь на свою маму, что она продолжала не замечать ее поднятой руки.
— «Горит еще желанье». Желание у нас не материальный предмет, гореть не может, то есть тут у нас явно какой-то перенос свойства живого предмета на неживой, что это у нас, Варя? — продолжала допытываться Екатерина Александровна.
— Метафора! — с радостью и гордостью вскрикнула Варя.
— Верно. Вы все большие молодцы, я вам ставлю пятерки! — вывела в журнале Екатерина Александровна.— А теперь давайте ответим на вопрос со звездочкой. Опишите композицию произведения, из каких частей оно состоит, и что выражает каждая часть?
Алина сидела хмурая и обиженная. Во-первых, она уже перегорела отвечать, а во-вторых, она была не уверена в своем ответе на этот вопрос. Ну и сама не осознавая, она желала продемонстрировать своей маме, что теперь она не обращает внимания на нее и принялась что-то с умным видом чертить на бумаге.
Макар наблюдал за этим, словно находится в каком-то спектакле.
— Алина! — подняла на свою дочь наконец-то свое внимание Екатерина Александровна. — На сколько частей ты бы разделила данное произведение?
Алина на данный момент не хотела ничего делить, она хотела встать и уйти.
— На две, — тем не менее с сомнением и даже каким-то желанием ответить неправильно, произнесла она.
— Допустим. Опиши на какие конкретно.
— Ну, сначала он обращается к себе, к своим внутренним мыслям, потом к другу и в целом к России, — снова нехотя продолжила она.
— Давай подумаем внимательнее. Посмотри на начало стихотворения, о чем оно?
— О прошлых заблуждениях.
— Да. И о том, как они рассеиваются как туман. Следовательно, это у нас первая часть. А дальше о чем пишет автор?
— О своих настоящих чувствах и ожиданиях.
— Вот. Можешь же, когда хочешь. И получается, какая у нас третья часть?
— Про будущее России.
— Верно! И что мы можем сказать по итогу этого анализа. Какой у нас тип композиции?
— Линейная? — не думая, просто чтобы от нее уже отстали, произнесла Алина.
— Ну какая же это линейная? — начала раздражаться Екатерина Александровна. — Прочитай еще раз вслух первое и последнее четверостишие.