Выбрать главу

Ровно до сообщения о смерти отца, принесенного каким-то знакомым. Доведенный обстоятельствами, он «спрыгнул» с моста на покрытую льдом реку. Мама спешно переехала в деревню, в самую глухомань, где устроилась работать фельдшером. Неделя веселья — неделя недоумения и боли — новая жизнь…

Их не трогали, правда, Ася так и не узнала, кому отошла городская квартира, потому что в собственности у мамы оказался только старый полуразваленный дом. Но так ли это важно?

Их не тронули, в отличие от отца, написавшего не тот документ…

Чужая предсмертная записка, ставшая могильным камнем отца.

Ася никогда не поднимала эту тему в разговоре с матерью, но тот период запомнила очень хорошо, несмотря на свой возраст. Ей было всего шесть…

И вот теперь злосчастная записка снова перед глазами. Хорошо, что у Аси было время подумать, как поступить. Признаваться в увиденном она не планировала. Дверь в кабинет открылась, и вошел Геннадий, следом появился недовольный мужчина около тридцати.

— И стоило вмешиваться? — с ноткой недовольства спросил последний, устраиваясь рядом с Асей на диванчике и закинув ногу на ногу.

Примитивные уловки, обычная позолота, но данный индивидуум был не так прост, как хотел казаться, а главное, вероятно, планировал развлечься за счет Аси. Наивный…

— Конечно, есть такая умная говорят книга, Библия называется, и в ней есть заповеди… — девушка не договорила.

Интересная мысль, выказанная однажды Ленкой, всегда срабатывала как надо. Мужчина задумался, Геннадий тоже выглядел растерянным.

— И какая из них применима в данной ситуации? — уточнил молодой. — Они про иное.

— Последняя.

Пару секунд тишины и цитата:

— Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего.

— И дальше, раба, рабыни, вола, осла, ничего, что у ближнего есть. Видимо, чтобы не усложнять и так длинную мысль там не было перечисления все возможной живности, включая тараканов и утвари, но мысль ясна.

— И причем тут это?

— А занятная игра вызвана ударом по голове и возникшими галлюцинациями?

— На хами, дорогуша, — с угрозой отозвался тот.

— А смысл? Не буду называть дешевым, но костюм отвратительный — из-за него возникает впечатление нарушения строения позвоночника. Или это факт? В детстве был ДЦП?

Гадости с умным лицом она натренировалась говорить на братьях.

— Так…

Локти на столе и выражение лица такое нерадостное.

— Я как швея сообщаю с профессиональной точки зрения.

Быстрое переглядывание и локти со стола убраны.

— Потом обсудим… костюм.

— С отчимом? — уточнила Ася.

— А отчим у нас кто?

Отозвался Геннадий, приятно наблюдать за гадостями, сделанными не тобой. Не добавить пару копеек девушка не могла:

— Поговорим о костюме, пообщаемся с родственниками…

— Это еще зачем? — перебил он ее.

— У отчима навязчивое желание устроить мою судьбу с кем-то вашего круга, пусть полюбуется, порадуется.

Снова короткое переглядывание и неожиданный ответ:

— Запросто, солнце, но я женат, второй будешь?

— Как бы ни стать первой, — отозвалась Ася иронично. — У нас в стране все быстро меняется.

Настороженность. Мысленно выругавшись, Ася поняла, что перешла допустимую грань. А это зря… в таком обществе все всегда имеет цену. Именно необходимость всегда быть настороже Асе и не нравилась в обществе знакомых отчима. Мир, где всегда нужно держать маску и стойко терпеть уколы, удары и прочие «подарки» судьбы в лице окружающих. С Борисом Ася расслабилась, не распознав сразу и подпустив слишком быстро. Отвыкла и не ожидала. Как результат сидит здесь и думает, как выйти без потерь.

— Поговорим о главном, что вы думаете по поводу записки?

— Сложный вопрос. Первая мысль — фальшивка, но присмотревшись, похоже, очень похоже на настоящую.

Теперь насторожились оба.

— Твое мнение?

— Если судить графологически, кстати, на экспертизу относили? То подлинность процентов за девяносто.

— Тоже самое сказал эксперт, правда, дав больший процент, — отозвался Геннадий.

— А там, по чутью… Мое мнение — фальшивка, — закончила она свою мысль.

— У вас хорошо получается, — отрешенно заметил Геннадий.

— Вы знали, кого позвали, как впрочем, и отчего умер мой биологический отец. Поэтому я никогда этим не занимаюсь…