Ещё ночь. Продравшись сквозь мокрую черноту, Михаил, как пробка, взлетает вверх. Под пологом джунглей немногим светлее, чем под водой, но здесь, по крайней мере, можно дышать.
Вода же продолжает прибывать. Уже не так стремительно, но неудержимо. Поток подхватывает охотника, увлекает его куда-то в сторону от того места, где он всплыл. Угодив вскоре в сплетение лиан, Миша хватается за них, и начинает карабкаться вверх. Подтянувшись до горизонтальной ветви, он продвигается по ней к стволу дерева. По стволу ему приходится карабкаться ещё выше, поскольку непонятное наводнение не унимается. Та ветвь, на которую охотник вскарабкался, уже затоплена.
Вверх, ещё вверх!
Выбрав, наконец, как ему кажется, безопасный уровень, Михаил удобно устраивается на дереве, прижавшись спиной к стволу. Его глаза уже совсем освоились с темнотой, и сейчас Миша внезапно замечает, что на дереве он не один. Два огромных бурых кома шерсти застыли неподалёку, буквально в десяти метрах от него. Животные, которых колонисты прозвали «орангутангами» за некоторую схожесть с земными человекообразными, остановились на ночёвку на дереве, на котором оказывается незадачливый охотник.
У Михаила из оружия – только нож на поясе.
«Орангутанги» отнюдь не спят. Но и обычной для них агрессии они не проявляют. Лишь с видимым недоумением смотрят на воду, внезапно затопившую джунгли.
Через пару минут Михаил различает, что к меньшему «комку» шерсти прилепились ещё три малюсеньких комочка, и понимает, что рядом с ним самец и самка с тремя малышами.
В обычной ситуации самец мгновенно налетел бы на него, и растерзал бы в клочья, но в данных условиях, видимо, потрясённые необычностью происходящего, животные ведут себя совершенно не агрессивно.
Теперь, успокоившись, и вытряхнув воду из ушей, Михаил начинает слышать звуки, исторгаемые внезапно подтопленным лесом. Издалека доносятся вой, мычание, резкий свист.
Кое-что слышится и поблизости. Десятки небольших животных, выгнанных наводнением из нор, копошатся внизу, в тщетных попытках взобраться по гладкому стволу дерева.
Не в силах выдержать жалобный писк, Миша спускается ниже и начинает доставать зверьков из воды, развешивая на ближайших развилках ветвей. Он вздрагивает, внезапно обнаружив рядом с собой самца - «орангутанга». Тот покинул свою семью, и, свесившись вниз головой, также спасает тонущих животных.
Михаил впервые видит живого «орангутанга» рядом с собой. С широкого плоского лица на него без всякого выражения, не моргая, смотрят большие круглые глаза.
***
Павел обнаружил гнездо «дракона» на седьмой год пребывания человека на планете «Новая Земля». Светло-зелёные, в коричневую крапинку, почти правильной шарообразной формы, яйца были припрятаны в куче обкатанных рекой камней. От самого «босса», хозяина окрестностей, колонисты избавились в первый же месяц после посадки. Это был крайне вредный зверь, и операция по его устранению прошла весьма непросто. Во время охоты на ящера погиб один из первых поселенцев, техник Виктор. Но через пару лет Виктора «вернули», и никто уже не вспоминал этот случай.
Поскольку яйца пролежали под камнями около шести лет, особой надежды на то, что зародыши живы, у Паши не было. Но он всё же перетащил к себе домой все семь яиц, тяжёлых, как шары для боулинга. Его тёзка, архитектор Павел Чернев, давно уже везде появлялся в сопровождении двух ручных, похожих на огромных кошек, созданий. «Рыси» выглядели очень внушительно. Паша, понимая, что ручной «дракон» - нечто гораздо более «крутое», начал прилежно «высиживать» яйца. Ночью он грел их теплом собственного тела, днём устраивал «инкубатор», выкатывая яйца во двор дома, и накрывая их чёрной плёнкой. Плёнку он с трудом выбил у Воронцова, расписав возможные выгоды от приручения огромных животных.
В тот месяц он чуть не поссорился с Ольгой. Ольге был нужен муж, дочке – отец. В конце концов, женщины смирились, и даже начали помогать Паше.
И вот, однажды ночью, «дракончики» вдруг взяли и вылупились. Все семеро. Почти одновременно. До утра, правда, дожили пятеро из этих семи. Двое оказались настолько слабыми, что не могли двигаться самостоятельно, не стали пить предложенную питательную смесь, и к утру уже не подавали признаков жизни.
Зато пятеро крепышей, вдруг ставшие членами семьи, через месяц подросли настолько, что перестали проходить через входную дверь, и пришлось срочно организовывать для них загон во дворе.
Четверо «драконов» накрепко привязались к Паше, а пятый ни с того ни с сего выбрал хозяйкой Риту. Девочка просто светилась от счастья, заполучив такого питомца. Она назвала своего дракончика Нюшей.