Андре снова поднялся на ноги. В сапогах хлюпала вода, противная жижа, по которой он бежал, будто высасывала силы. Сапоги с отвратительным хлюпаньем освобождались из ее плена. В ушах свистели пули, он давно не вздрагивал от этого звука, свою пулю не услышишь. Густой дым полз по полю и Андре вбежал в него. Пахло гарью, сырой землей и порохом. Рокот пулеметов слился с щелканьем винтовок и превратился в какой-то безостановочный гул. Слышались какие-то разрывы, то ли гранаты, то ли минометы. Андре бежал в густом дыму, ноги уже отказывались повиноваться, воздуха давно не хватало.
Снова колючая проволока, капитан упал и пополз. Ползти было очень трудно, а главное страшно. На колючей проволоке висели полусгнившие тела русских солдат, которые когда-то штурмовали эти позиции, но так и не добились успеха. Казалось он ползет сквозь царство мертвых усеянное трупами и укрытое дымом. Он зацепился сапогом за колючку и стал лихорадочно дергать ногой, никакого результата, ему вдруг показалось, что он останется тут навсегда. Он еще раз дернул ногой со всей силы и наконец-то освободился. Сапог остался на том же месте, капитан пополз дальше. Вдруг дым исчез. впереди, метрах в пятнадцати вражеский окоп и пулеметная точка. Андре нырнул в ворону и прижался. Пулемет изрыгал свинец без остановки. Лежа в мутной луже капитан достал гранату и кинул почти наугад. Не попал, пулемет продолжал рокотать и после взрыва. В ту же воронку упал убитый боец. Андрей не стал переворачивать тело, не хотел знать кто это. Он взял у погибшего гранату и кинул еще раз, снова наугад, потому как поднять голову над укрытием было равносильно самоубийству. Снова промах, пулемет продолжал поливать атакующих свинцом. Вдруг пулемет затих, Андре выглянул из своего укрытия – расчет сменял ленту. Капитан прицелился и стал стрелять. Он выпустил все оставшиеся в барабане патроны, но своего все-таки добился. Первый номер уснул вечным сном, ему на смену метнулся какой-то другой боец.
Андре вскочи на ноги и рванул к пулемету. Время будто замедлило свой ход. Он видел, что не успевает. Вот враг уже у гашетки пулемета, он не успел совсем чуть-чуть. Грязные пальцы выжимают гашетку и вот-вот порция свинца должна разорвать грудь капитана, но ничего не произошло. Секундное замешательство врагов, а потом удар сабли. Страшный рубящий удар, отрезанное ухо с каплями крови летит в сторону, а сабля вошла в плечо и застряла. По инерции Андре проскакивает дальше и буквально падает в окоп, прямо на второй номер расчета. От удара тот теряет сознание и роняет штык, которым хотел заколоть наглого русака.
Андре встает на ноги и снова падает из-за резкой боли в колене. Над ним нависает огромная фигура в немецкой форме, но она тут же сменяется русским солдатом с окровавленным штыком. Но и он почему-то запрокидывает голову, а потом падает. Капитан хватает немецкую винтовку и смотрит вдоль окопа. Совсем неподалеку сидит немецкий солдат и лихорадочно перезаряжает свое оружие. Андрей делает то же самое, но не так быстро. Враг стреляет и промахивается, пуля попадает в труп пулеметчика. Он снова начинает судорожно дергать затвор. Сделать второй выстрел ему не суждено. Капитан меткий стрелок.
Кто-то помог ему подняться.
– Вроде погнали их, ваше благородие. – голос принадлежал Семену, бывалому ветерану.
– Да, надолго ли, строй всех, контратака будет. – голос из груди вырывался вместе с каким-то нездоровым хрипом.
– Вы бы обулись что ли, застудитесь ведь – Капитан посмотрел на ноги. Так и есть, один сапог. Кто-то протянул ему пару сапог, снятых с только что убитого пулеметчика.
– Спасибо, а два-то зачем?
– Так не в разных сапогах-то ходить, вы уж пока эти наденьте, а мы вам офицерские попозже найдем. – Он принялся обуваться, по цепи солдат побежал приказ: «Назад»!
– Нельзя сейчас назад, на наших же плечах тогда и войдут на наши позиции. – Он посмотрел в сторону второй линии немецких окопов, оттуда уже шли в контратаку атакующие цепи противника.