— Ну а как личная жизнь? — поинтересовалась в конце мать.
— Пока никак. Некогда, много работы.
Вскоре женщины уединились, чтобы посекретничать и обсудить свои специфические дела, оставив Задара в одиночестве прогуливаться по парку.
Неожиданно Задар увидел, как от корпуса в его сторону направляется высокий стройный мужчина. Подойдя ближе, он обратился к Задару:
— Извините, вы не подскажете, где можно найти Задара и Гэду Байлис?
— Я Задар Байлис.
Мужчина окинул его внимательным оценивающим взглядом.
— Алексей Гардов. Я по поручению Грея Гаргавана. Он узнал, что я направляюсь в эту сторону, и попросил передать вам вот это. — Он достал из бокового кармана запечатанный пакет и передал Задару. — Рад был познакомиться. Всего доброго. — Он еще раз внимательно взглянул на него и, кивнув, зашагал прочь.
— Ты с кем-то разговаривал, дорогой? — Подошедшие жена и дочь остановились рядом.
— Да. Грей Гаргаван передал нам с оказией пакет.
— Кто принес? Я его знаю? — спросила Гэда.
— Вряд ли. Какой-то Гардов.
— Кто? — вырвалось у Роаэль, при этом она заметно побледнела.
— Алексей Гардов.
— Так это был он? — Геда внимательно посмотрела на дочь. Та молча кивнула в ответ.
— Это был Морской Волк? — Задар невольно обернулся, но мужчина уже скрылся из виду. — То-то мне показалось, что он очень внимательно меня разглядывал.
— И какой он из себя? — спросила с любопытством Гэда.
— Мне он понравился. Высокий, стройный. Глаза внимательные и добрые. Но в нем чувствуется сила.
— Жаль, что я его не увидела.
— Немного потеряла, — вклинилась в разговор Роаэль. — Этого клоуна сейчас на всех каналах показывают. Сделал из себя посмешище на все Содружество. Бабник. Ненавижу таких. И инка себе такого же подобрал.
— Ну, зачем ты так, Эля? Если бы не он, мы могли бы никогда не увидеться.
— Увиделись бы и без него.
— Что ты хочешь этим сказать? — Задар внимательно посмотрел на дочь.
— Об этом как-нибудь позже.
— Ну, хорошо, Эля, но он ведь едва не погиб в этой операции.
— Не погиб?! - Роаэль опять побледнела.
— Разве вас не знакомили с отчетом? Нам рассказал Грей.
— Нет. Отчет должен быть готов со дня на день. Пока же знаю только то, что дают в СМИ. А там, в основном, смакуют пикантные детали его амурных похождений.
— А что за пакет от Грея? — поинтересовалась Гэда.
В пакете оказалась информ-капсула и короткая записка. В ней Грей Гаргаван извещал, что посылает им полный отчет миссий на Фортуне и в сто первом секторе и просит изучить их подробно, поскольку их дальнейшая работа после реабилитации подразумевает знание всех деталей этих операций. Кроме того, в капсуле содержится информация о последних важных открытиях, связанных с изучением информационного наследия Предтеч. После изучения капсулу предлагалось уничтожить.
— Пойдем с нами. Эля. Посмотрим вместе.
Роаэль не пришлось приглашать дважды, и вскоре они уже сидели в палате Задара и Гэды у головизора.
Просмотр материалов занял два часа. Информация была хорошо отредактирована и сжато, но без пропуска важных для оперативников деталей поведала о ходе выполнения обеих миссий. В конце без комментариев приводился текст только что обнаруженного учеными послания Предтеч потомкам.
В течение всего просмотра Роаэль непрерывно то краснела, то бледнела. «А ведь она по-настоящему любит его», — подумала Гэда, от глаз которой не укрылись эти метаморфозы. Во время показа схватки у озера Роаэль пробормотала скорее самой себе: «Кто-нибудь скажет мне, какой у него тан?». А при показе пира во дворце, в момент, когда Морской Волк пришпилил, словно бабочку, бедную рабыню к деревянной панели, лишь изумленно повела головой.
Когда при описании ментального удара были приведены цифры напряженности пси-полей, она даже вскрикнула. Лишь заключительную часть с посланием Предтеч она выслушала как-то равнодушно.
Между тем послание это было весьма примечательным. В нем говорилось, что, как и все в этом мире, каждая стадия развития разумных сообществ имеет свое начало и свой конец. Что они, Предтечи, прошли свой путь на очередной стадии до конца. И как разнятся интересы юнцов и пожилых людей, так меняются приоритеты и у набирающей зрелость цивилизации. Их приоритеты перешли в область параллельных и тонких миров. Но они позаботятся о том, чтобы оставленное ими наследие не попало в недобрые руки. Они уверены, что оно достанется созданным по их образу и подобию представителям тех молодых цивилизаций, что возникли при их участии.
В послании говорилось также об истории их расы, уходящей корнями в невероятную древность. Они не знали в точности тайны своего происхождения, но были почти уверены, что и в их случае речь не могла идти просто о случайной комбинации молекул. По их представлениям, жизнь и разум — неотъемлемые свойства Вселенной, обязательный этап ее развития.
Они предупреждали также об опасности, исходившей из галактики NGS 6872, где их корабли столкнулись со страшной и непонятной угрозой для всех форм жизни, угрозой, носящей разумный и агрессивный характер, с которой им удалось справиться лишь ценой больших потерь, причем неизвестно, навсегда ли.
Они сообщали о том, что так и не смогли найти других форм разумной жизни ни в своей, ни в соседних галактиках, хотя получили достаточно много косвенных свидетельств их наличия.
Они прилагали карты и схемы обследованных районов и координаты планет, где был рассеян их генетический материал.
Они предлагали подхватить эстафету разума в этом районе Космоса из их рук и, опираясь на их наследие, идти дальше.
Послание Предтеч требовало вдумчивого осмысления, и после нескольких поверхностных комментариев эта тема была оставлена, а разговор вновь вернулся к Морскому Волку.
— Уникальный разведчик, — произнесла Гэда. — На Фортуне он действовал безукоризненно. Его абсолютно не в чем упрекнуть. Скажу больше: если бы он не согласился спасти девушек во второй раз, я бы не стала его уважать. А уж что касается запретрайона, тут комментарии вообще излишни. Как он умудрился уцелеть? Идеальная с перепугу шарахнула по ним всей мощностью своего генератора.
— Он в самом деле мог погибнуть! — прошептала Роаэль, когда просмотр закончился. Ну, зачем, зачем он поспешил лезть в этот злосчастный сто первый сектор!
— То есть как — зачем?
— Скоро все разрешилось бы и без геройских подвигов…
— Что-то мы не поймем тебя, дочка. Может, объяснишься? Ты любишь его?
— Да! Да!! Да!!!
— Ну, так в чем проблема? Он любит другую?
— Нет, он тоже меня любит. Я знаю. Но мы никогда не сможем быть вместе.
— Но почему??
— Потому, что я… не одна.
— Я что-то не поняла. У тебя кто-то есть, и ты не можешь его оставить?
— Нет, не то…
— Вот что. Расскажи-ка нам все по порядку.
Рассказ Роаэль потряс Гэду и Задара.
Однажды, когда ей было шесть лет, с ней произошло событие, круто изменившее ее жизнь. Это случилось вскоре после исчезновения родителей. Роаэль была глубоко несчастна. Во время прогулки в пансионате она стояла одна за кустами, подальше от детей, и горько плакала, прислонившись лбом к гладкому древесному стволу. Вдруг на ее голову легли теплые руки и, повернувшись, она с удивлением увидела незнакомую женщину с очень добрым лицом. Таким добрым, что Эля ничуть не испугалась незнакомки. «Бедная ты моя» — произнесла женщина, и все вдруг поплыло у Эли перед глазами. Когда она пришла в себя, женщины уже не было, а она продолжала все так же стоять у дерева. С тех пор у Роаэль появилось ощущение, будто она уже не одна, что рядом с ней, даже внутри нее, живет старшая сестра, любящая и мудрая, и что иногда она даже как будто беседует с ней.
Одно время, в подростковом возрасте, она даже стала опасаться за свое психическое здоровье. И тогда та, старшая и мудрая, открылась перед ней.
Около двухсот миллионов лет назад Предтечи начали опыты по внедрению своего собственного генетического материала на планетах с подходящими условиями. Лемурия на Земле, Греана на Леге и ряд других цивилизаций — это были первые попытки. Были успехи и неудачи, но постепенно дело пошло: великий план заселения Разумом планет Галактики был осуществлен. Около миллиона лет назад Предтечи покинули эту вселенную в поисках новых дорог, но не оставили свое наследие без присмотра. Их наблюдатели постоянно отслеживали процесс становления ключевых цивилизаций на «зараженных» ими планетах. Обычно это происходило в форме внедрения матрицы наблюдателя в тело человека, чей разум был поврежден или в результате генетического сбоя, или в результате травмы.