Мы представляем читателю малоизвестные и неизвестные страницы судебного дела законно и обоснованно казненного преступника, который, прикрываясь лозунгом о защите русского народа, вел жестокую беспощадную войну против того, кого на словах защищал.
1. СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТ ВОСТОЧНАЯ ЭМИГРАЦИЯ
В начале 20-х годов ряд провинций Китая, а также местности, прилегающие к границам СССР и Монголии, наводнили выброшенные с советской земли остатки разбитых белогвардейских полчищ. Большинство их было разоружено местными властями, после чего многотысячная обездоленная масса разбрелась по просторам чужой огромной страны. Подобная участь постигла и бывшую Семиреченскую армию, также оказавшуюся на китайской территории, а ее командующий Анненков, носивший одновременно атаманский и генеральский титулы, очутился за тюремной решеткой. Некоторое представление о предшествовавших его аресту и заключению событиях можно почерпнуть из письма, адресованного 20 августа 1921 года французскому посланнику в Западном Китае:
«Высокопочтенный Господин Посланник! — писал один из сообщников Анненкова Денисов. — Партизанский отряд имени атамана Анненкова, того атамана, который еще в минувшую всемирную войну с Германией не раз отличался своими подвигами в общей с Вами борьбе с немцами, атамана, который первый поднял в Омске восстание против большевиков и потом дрался с ними 2 года в Семиречье. В то время как Омск и все города Сибири перешли в руки большевиков, армия атамана Анненкова продолжала жестокую и неравную борьбу, и только лишь когда не осталось снарядов и патронов, атаман с остатками своей армии интернировался в Китай 27 мая 1920 года у пограничного китайского городка Джимпань. Все оружие — пушки, пулеметы и винтовки — при переходе границы сданы китайским властям. После того как все желающие из армии ушли, она переформировалась в отряд и в нем осталось 700 человек…
Атаману было объявлено (март 1921 г. — Авт.), что необходимо поехать в Урумчи для личных переговоров с генерал-губернатором. Атаман согласился и 30 марта уехал в Урумчи, где находится по настоящее время. Я как старший остался за атамана отряда. Несколько раз опротестовывал незаконное лишение его свободы, но все напрасно. Ответом на все мои протесты было гробовое молчание. Атаман посажен в тюрьму и охраняется китайскими властями.
К моменту моего Вам доклада обстановка такова: 500 человек нашего отряда ушли… на Пекин, и, где они, мне в настоящее время ничего не известно. У них мало денег, совершенно нет медикаментов и на них плохое обмундирование. Со мною в Гучене 150 человек.
Сообщая Вам, Почтенный Посланник, обо всем этом деле, я усердно прошу обратить Ваше благосклонное внимание на такой произвол и прошу принять зависящие от Вас меры воздействия на китайские власти к защите отряда атамана Анненкова от столь незаконных действий и издевательств над ними в глухой китайской окраине. Кучка партизан, дравшихся 6 лет, не заслужила такого обращения и такого издевательства, а что касается лишения свободы атамана Анненкова, командующего отдельной Семиреченской армией, то нет слов выразить негодование на бумаге. Я надеюсь, что Вы, Ваше Превосходительство, представитель благородной и прекрасной нашей союзницы Франции, поможете и выручите нас. Податель сей бумаги в беседе с Вами дополнит все мною сказанное и лично подтвердит.
Остаюсь искренне Вас уважающий и готовый и услугам начальник штаба атамана Анненкова, ныне командующий его отрядом, Генерального штаба полковник Денисов».
20 октября 1922 года последовало новое обращение — «К Его Высокопревосходительству Сербскому Генеральному Консулу в Шанхае». Снова идет перечисление заслуг атамана в борьбе с большевиками, осуждается допущенная в отношении Анненкова несправедливость: