— Что ж, выглядит довольно… перспективно, — признал я.
— Благодарю, — улыбнулся Орлов. — Мы с Аскольдом назвали эти штуки ковчегами. Это одновременно и укрытие, и склад, и средство передвижения.
Он отодвинул папку с бумагами чуть в сторону — как раз подошёл Семён, неся на подносе чай — в гранёных стаканах с массивными бронзовыми подстаканниками.
— Отведайте, господа, — учтиво поклонился камердинер. — Горячий, со смородиновым листом и мёдом. Самое то с мороза-то…
Демьян к стакану не притронулся, даже не взглянул. Я же с удовольствием отхлебнул ароматный напиток и снова окинул взглядом каюту ковчега.
— Но, насколько понимаю, двигателя здесь нет? — спросил я.
— Это с самого начала был спорный вопрос. На нём Пироцкий и погорел — пытался сделать ковчеги самоходными. Однако все известные ныне типы двигателей весьма уязвимы для условий Сайберии. А уж если понадобится ремонт… пиши пропало.
— Понимаю.
— В итоге все три прототипа, которые я привёз, представляют собой что-то среднее между лодкой и санями. А для передвижения используют живую тягловую силу. В тайге — самое надёжное средство.
— Но кто же нужен, чтобы тащить такие громадины? Мамонты? — усмехнулся я. Но тут же сам себя одёрнул. — Впрочем, здесь же парящий эмберит под днищем…
— Верно, — с удивлением и, кажется, даже лёгким разочарованием ответил Орлов — видимо, я испортил ему сюрприз. — Здесь мощные самородки плавунца, которые даже в пассивном режиме компенсируют вес самой конструкции почти полностью. А если усиливать их магнитным полем, то даже тяжело гружёный ковчег можно приподнять над землёй. Правда, чтобы поддерживать поле продолжительное время, придётся запастись гром-камнем. Он служит своего рода топливом.
— Электрический эмберит? — уточнил я.
— Да. Впрочем, сам гром-камень — не такая уж редкость. Единственная закавыка в том, что для питания батарей ковчега годится не абы какой. Нужны кристаллы определённого размера и мощности, и кое-какая дополнительная обработка. Здесь, в документации по проекту, есть подробные инструкции…
Он похлопал ладонью по папке и подался вперёд, продолжая рассказ увлечённо, будто мальчишка, рассказывающий о новой игрушке.
— В целом, эмберита для эксплуатации ковчега понадобится довольно много. Сам корпус — герметичный, и представляет собой что-то вроде термоса. Стенки не очень толстые, но крепкие, а внутри смонтирована система обогрева на жар-камне. Там тоже есть свои тонкости, но если в отряде будет толковый камнерез, спец по эмбериту, то всю обработку можно будет осуществлять даже в походных условиях…
— Подождите, подождите, Аристарх Алексеевич, — прервал я его, выставляя перед собой ладонь. — Это всё, конечно, очень интересно и даже заманчиво. Но… чёрт возьми, что вообще происходит?
Орлов осёкся на полуслове и выдохнул. Плечи его опустились, будто на них легла невидимая тяжесть.
Я продолжил.
— Сказать по правде, когда я получил от вас письмо, то не знал, что и думать. Но я и предположить не мог, что наша беседа будет посвящена презентации вашего изобретения.
— Да. Что тебе нужно, Аристарх? — мрачно припечатал Велесов в своей обычной манере. Он весь разговор просидел в одной позе, не сводя с Орлова взгляда исподлобья.
Старик, не глядя на меня, побарабанил пальцами по кожаной папке и вздохнул.
— Все вагоны, стоящие сейчас у перрона — мои. Груз, который я привёз из Демидова. Три полностью рабочих прототипа ковчегов, рассчитанных на условия Сайберии. Партия расходных эмберитовых стержней для них. Две дюжины отборных лошадей-тяжеловозов Тобольской породы — самые выносливые и морозостойкие, каких смог отыскать. Большая часть ещё и Изменённые. Мощные зверюги. И уже немного натасканные на то, чтобы тянуть ковчеги. Кроме того, я привёз некоторый запас провианта, боеприпасов, горючего — всё только от надёжных проверенных поставщиков. Всё это я готов передать тебе, для твоей экспедиции. А ещё со мной приехали три инженера, дотошно разбирающихся в устройстве ковчегов. Они готовы отправиться с вами хоть завтра. Их гонорар тоже оплачиваю я.
Он, наконец, замолчал, будто выдав давно отрепетированный текст. Я удивленно приподнял брови.
— Невероятно щедрый подарок. И это после всего, что было между нашими семьями?
— Между нашими семьями… Было много всего. Когда-то мы с Аскольдом были самыми близкими друзьями. Больше чем друзьями. Соратниками. Единомышленниками. Нам через столько довелось пройти во время экспедиций… Я и со счёта сбился — сколько раз мы спасали друг другу жизнь.