Керки висел на носу Елены, со стороны наверно это выглядело очень неестественно. Экипаж корабля боролся за его живучесть, но у них не чего не выходило уничтоженный командный центр со всеми командирами не давал им возможности управления двигателями и другими системами корабля. Нам он стрелять не мешал так как нос нашего корабля, где располагалась главное орудие Елены торчал наружу, а ядерные торпеды можно выпустить откуда угодно.
-Цель захвачена подтвердите приказ на уничтожение цели.
Подтверждаю Мать, огонь.
Сгусток энергии огромной разрушительной силы, окруженный защитным полем, устремился к карликовой планете.
Через четыре секунды две ядерные торпеды вылетели в том же направлении.
В правом углу информационной панели появилось время, отсчитывающее в обратной последовательности, сколько осталось до детонации. Все замерли в молчаливом ожидании взрыва, который несомненно положит начало нашей победы. Кроме Матери, которая замирать не умела, а продолжала управлять линкором включив магнитные двигатели на полную мощь пытаясь спрятать корабль за планету.
Когда время вышло и часы обнулились карлик окрасился в красный цвет от нагрева окружавшей его атмосферы и ядра самой планеты. Зрелище было страшно красивым, но не долгим, вспышка ослепительно яркого света возвестила о конце существования замороженного спутника планеты железяка.
Кто сказал, что в космосе не бывает взрывной волны то он ошибся, миллиарды расплавленных частей планеты разлетались большими и малыми кусками в разные стороны. Елена не успела спрятаться за газовый гигант, и раскаленная масса останков с небывалой скоростью врезалась в носовую часть корпуса Елены. Не какие защитные экраны не помогли.
Тогда мне казалось, что я слышу, как осколки планеты тарабанят по носу нашего корабля пытаясь пробить корпус и с разрушительной силой ворваться во внутрь. С этим звуком я потом просыпался в кошмарах, преследовавших меня долгое время. Болтавшийся на носу Лиггонский линкор принял главный удар защищая Елену как щитом. После прохождения огненной волны от него практически не чего не осталось он как будто стек вниз желеобразной массой разломившись пополам увлекаемый притяжением большой газовой планеты. Скоро его останки исчезли в небытие забирая с собой трехмиллионный свой экипаж как плату за свою погибель.
Я вспомнил строку из индийского эпоса, которую процитировал Дж. Роберт Оппенгеймер.
«Теперь я стал смертью, разрушителем миров».
Глава 17 Необычное задание
Глава 17
Необычное задание.
Я много размышлял, загорая утром вместе с Викки на пляже под лучами ласкового южного солнца о том, как тяжело принимать решения, которые повлекут за собой смерти других людей. Как не легко потом жить с грузом ответственности зная, что твои приказы унесли в могилу миллионы жизней.
Ати можно понять он воюет за то, чтобы другие могли жить своей обычной повседневной жизнью. Он следовал своей присяге защищать тех, кто доверил ему эту не легкую задачу.
О чем я говорю, ведь история нашей планеты наполнена еще худшими примерами. Одна моя страна пережила десятки воин и во всех гибли люди даже те, которые не чего общего не хотели иметь с войной. Гражданское население, жившее мирно становилось заложником боевых действий. История рода людского переполнена чудовищными по своему цинизму бомбежками городов с миллионными жертвами среди мирных граждан. Сталинград, Лондон, Дрезден, Хиросима можно перечислять очень долго и ведь всегда находился тот, кто отдавал эти приказы не взирая на потери среди гражданских, а в некоторых случаях целенаправленно уничтожали города и мирное население чтобы те повлияли на свою правящею верхушку. Отдавали приказы те люди, которые потом получали за это ордена, медали и звания. В случае с Ати нет не чего сверхъестественного. Наоборот, чтобы оградить мирных жителей от ужасов войны все собрались как в старые времена на поле брани подальше от населенных планет. Потери среди военных не тоже самое, все они были войнами и знали на что идут. Мне кажется, что это намного гуманнее чем бомбить города с нечем не повинным населением. Но по лицу Ати во время его рассказа я заметил, что он до сих пор сожалеет о том, что он сделал. А что сделал бы я окажись на месте Ати, скорее всего то же что и он пытаясь просто выжить. Я размышлял об этом еще не зная, что всего через несколько часов я должен буду принять решение очень похожее на те, что принимал Ати, но в меньших масштабах. Отнять или нет жизнь у людей, которые сами отнимали ее у других.