При мысли об атирии я почувствовала легкий укол совести. Все-таки, пока я наслаждаюсь жизнью, он заперт в пусть комфортном, но все же плену. Вот только непонятно, почему меня вообще беспокоит судьба ненавистного атирия? Особенно сейчас, когда рядом тот, кто куда больше заслуживает моего внимания. И безусловно интересен мне, потому что о своем брате я знаю до обидного мало. Что и решила исправить при первом же удобном случае.
- Алнийр, а сколько тебе лет? – полюбопытствовала я на обратном пути.
Он посмотрел на меня удивленно:
- Разве ты не знаешь? Мой день рождения отмечается ежегодно по всему Западному Атириону.
- Льстишь своему самолюбию? – решила я свести все к шутке, понимая, как прокололась.
Думаю, даже в глухой деревушке, в которой я предположительно росла, должны были знать о таком государственном празднике. И как объяснять Алнийру, почему я не в курсе, я представления не имела.
Парень чуть поджал губы, на миг нахмурившись, но тут же качнул головой:
- Дело не в моем самолюбии. Это лишь попытка дать людям повод развлечься. К тому же уже традиция. День рождения Правителя отмечали задолго до меня. И мне – двадцать четыре года, раз уж ты никогда не обращала на это внимания.
Я улыбнулась, пряча облегчение. Ничего не пришлось объяснять, он даже внимания на этом заострять не стал.
Сколько?!
Двадцать четыре года – так это значит, он правит с четырнадцати лет?! Да он же был совсем ребенок, как же он справился?
Потрясенная, я смотрела на него, такого спокойного и невозмутимого, и у меня просто сердце кровью обливалось при мысли, как тяжело ему пришлось.
- Ты был совсем ребенком, когда занял трон, - вслух произнесла я.
- У меня не было выбора, - равнодушно пожал он плечами. - После гибели Седнира не осталось никого, кто мог бы стать моим опекуном. Впрочем, лучше бы и он не становился.
- Седнир? – смутно знакомое имя, где-то оно мне встречалось.
- Сейчас его вспоминают только как кайвела, приведшего людей к поражению, - Алнийр подавил вздох. - Его нельзя было допускать до власти, Седнира слишком подкосила смерть моих родителей. Именно его действия обострили вражду между нашими расами до предела. Без его вмешательства мир не обошелся бы нам так дорого.
- Что он сделал? – не удержалась я от вопроса.
Я вспомнила, что читала о Седнире в одной из оставленных мне Алнийром книг. Правда, он упоминался мельком, как младший брат погибшего Правителя и последний кайвел людей в войне с атириями. Что бы там ни означало это слово. Да и о самой войне особых подробностей я не нашла, хотя упоминаний – полно.
Так что, возможно, не всем известно, что сделал Седнир, и мой вопрос не покажется Алнийру слишком подозрительным.
- Он жаждал отомстить атириям за смерть своего брата, - ответил задумчиво король. - Он хотел войны. И когда Правитель атириев предложил заключить мир, убил его и его супругу. Поэтому Шэмиан ненавидит людей. Поэтому хотел уничтожить нас всех.
- Но ты его остановил, - заметила я, пряча замешательство.
Точно так же, как я представляла Алнийра до знакомства с ним убеленным сединами старцем, я полагала, что Правитель атириев как минимум немолод. И считала, что он правил и до войны. Но, похоже, ошиблась, и это война возвела его на престол.
Алнийр усмехнулся как-то недобро при моих словах, но посмотрел на меня почему-то грустно:
- Я ничего не смог бы сделать. Шэмиан остановился из-за надежды.
- Надежды на что? – удивилась я.