— Посторонних? Но почему их не задержали на верфи? Нас уверяли, что там и муха не пролетит незамеченной!
— Не могу знать, — ответил охранник. — Мне известно только, что они убили четверых наших людей и скрылись.
— Четверо погибших! — скорбно покачал головой Джиордино. — Вот беда-то какая. От души надеюсь, что вы поймаете этих мерзавцев. Так, ребята? — повернулся он к остальным и подмигнул.
Питт важно кивнул.
— Нам приказано проверять всех, кто собирается подняться на борт или покинуть судно, — вспомнил наконец о своих обязанностях охранник. — Я обязан проверить ваши удостоверения.
— Мы что, похожи на нарушителей в форме службы безопасности?! — возмущенно взвился Джиордино.
— Не очень, — улыбнулся патрульный.
— Тогда пропустите нас немедленно! — Дружелюбный тон итальянца внезапно сделался холодным и официальным. — Мы заняты размещением чрезвычайно важного груза, и у нас сроки, в которые трудно будет уложиться, если вы и дальше станете нас задерживать. Между прочим, сам Карл Вольф пожелал лично руководить этой работой.
Против таких аргументов охранник возражать не посмел. Явно перетрусив, он опустил автомат и отступил в сторону.
— Простите, что задержал вас, — пролепетал он и махнул рукой: — Проезжайте!
Питт, не понявший ни слова из их диалога, нажал на акселератор лишь после того, как Джиордино больно заехал ему локтем под ребра. Решив, что разумнее всего вести себя, как обычные рабочие с верфи, едущие по делу, Питт направился к следующей трамвайной остановке на умеренной скорости, усилием воли подавляя естественное стремление дать полный газ. Держа руль левой рукой, правой он выудил из-за пазухи спутниковый телефон.
Не успел еще отзвучать до конца первый звонок, как Сэндекер ткнул пальцем кнопку громкоговорителя:
— Да?
— Это снова «Пизанская пицца». Ваш заказ уже в пути.
— Вы найдете дом?
— Да, но не знаю, успеем ли мы до того, как пицца остынет.
— Надеюсь, вы поторопитесь, — сказал адмирал, изо всех сил стараясь, чтобы голос его звучал ровно и не выдавал волнения. — Тут все жутко проголодались.
— Движение на улицах очень интенсивное. Но мы постараемся.
— Я оставлю свет в окне в качестве ориентира. — Сэндекер положил трубку и перевел усталый взгляд на Хоцафеля. — Извините меня за этот дурацкий разговор, адмирал.
— Я все прекрасно понимаю, адмирал, — вежливо наклонил голову старый немец.
— Как там у них? — нетерпеливо спросил Литтл.
— Не очень, — хмуро ответил Сэндекер. — Они забрали доктора О’Коннелл и ее дочь, но, очевидно, страшно рискуют, пытаясь покинуть верфь. — «Движение интенсивное» означает, что их преследует служба безопасности Вольфов.
Литтл посмотрел прямо в глаза Сэндекеру:
— И как вы оцениваете их шансы выбраться оттуда?
— Шансы? — На осунувшемся лице адмирала отразилась душевная мука. Казалось, за этот час он постарел на десять лет. — Нет у них никаких шансов.
31
Трамвай медленно отошел от станции, разъезжаясь со встречным и набирая ход. Хотя скорость его составляла почти тридцать миль в час, Питту казалось, что он еле ползет, и временами возникало неудержимое желание выскочить и подтолкнуть. Одна за другой сменялись станции, обозначенные буквами алфавита, и на каждой они ждали, затаив дыхание, что в вагон ворвутся охранники и арестуют их. Когда трамвай миновал станцию «W», у Питта впервые пробудилась надежда, но на станции «X» везение кончилось.
Шестеро в черной форме вошли в последний вагон и стали проверять идентификационные браслеты — Питт только сейчас заметил на запястьях окружающих эти своеобразные удостоверения личности и мысленно выругал себя последними словами за то, что не догадался снять браслеты с грузчиков. И еще он обратил внимание, что они подолгу задерживаются около людей в красных и желтых комбинезонах.
— Сюда подбираются, — безразличным тоном констатировал Джиордино, когда охранники перешли во второй вагон трамвая.
— Спокойно, — сказал Питт, — по одному переходим в первый вагон.
Не проронив больше ни слова, итальянец вышел первым, за ним Миган, потом Пэт. Последним прошел Питт.
— Успеем доехать до следующей станции, пока они там копаются, — сказал Джиордино. — Но успеем впритык.
— Сомневаюсь, чтобы нам позволили вот так просто выйти, — мрачно усмехнулся Питт. — Скорее всего, нас там уже ждут.
Он встал, прошел в голову вагона и заглянул в окно двери, ведущей в кабину водителя. Сквозь тонированное стекло виднелся пульт с мигающими лампочками, кнопками и тумблерами, но сама кабина была пуста. Трамвай управлялся автоматически. Питт попробовал открыть дверь и нисколько не удивился тому, что она заперта.