— А что с ней сталось?
— Я слышал, она получила назначение в Гонконг.
— Они у тебя никогда надолго не задерживаются?
— Увы, я не из тех парней, которых девушки ведут домой знакомиться с мамой после первого же свидания.
— Чушь! Счастлива будет та девица, которой удастся тебя захомутать. Если, конечно, перестанешь мотаться по свету, — добавил Перлмуттер после некоторого размышления.
— Пахнет снедью, или у меня галлюцинации? — сменил тему Питт.
— Ты когда ел последний раз? — подозрительно покосился на него Джулиан.
— Кофе вместо завтрака и какая-то безалкогольная бурда вместо ланча — вот и вся моя еда.
Перлмуттер укоризненно покачал головой, поднял с пола корзину для пикников и водрузил на свои мощные колени. Потом вынул из-за спинки переднего сиденья пару расписанных под орех подносов.
— Я тут припас кое-что перекусить в дорогу. До Фредериксберга путь не близкий.
— Мы едем туда? — осведомился Питт, у которого при виде набитой деликатесами корзинки сразу потекли слюнки.
Перлмуттер кивнул и достал бутылку «Вдовы Клико» — «Понсарден-брют» с желтой этикеткой.
— Годится?
— Мое любимое! — с чувством воскликнул Питт.
За воротами базы Малхоленд свернул налево и выехал на Окружное шоссе, тянущееся вдоль берега Потомака. Добравшись до Спрингфилда, он повернул на юг. Перлмуттер тем временем сноровисто сервировал подносы серебром и фарфором, затем начал выкладывать на блюда и тарелки разнообразные закуски: блинчики с грибной и мясной начинкой, жаренные в сухарях устрицы, паштеты, сыры, а на десерт — груши, сваренные в красном вине.
— Ты перещеголял Лукулла! — восторженно выдохнул Питт. — Признаться, мне нечасто случается так изысканно питаться.
— А мне часто, — довольно хохотнул Перлмуттер, похлопав себя по толстому животу. — В этом-то и заключается главная разница между нами, мой юный друг.
Роскошный пикник завершился двумя чашечками эспрессо из небольшого термоса.
— Без коньяка?! — полушутя удивился Питт.
— Человеку в моем возрасте вредно пить крепкие напитки с утра. Я потом весь день сплю.
— Так где находится второй обсидиановый череп, о котором ты говорил?
— Мы как раз туда и направляемся.
— Я так и подумал. Фредериксберг, стало быть…
— Он принадлежит одной симпатичной пожилой леди по имени Кристин Мендер-Хастед. Череп нашла ее прабабушка во время вынужденной зимовки, когда китобойное судно, которым командовал ее муж, затерло льдами у берегов Антарктиды. Захватывающая история, между прочим. Согласно семейному преданию, Роксана Мендер однажды попала в снежный заряд и заблудилась. Матросы во главе с капитаном отправились на выручку. При этом помимо терпящей бедствие миссис Мендер обнаружили по соседству буквально вросший в лед старый английский парусник Ост-Индской компании. Люди поднялись на борт, где нашли множество мертвых пассажиров и членов экипажа, которые либо замерзли, либо умерли от голода. А в цейхгаузе наткнулись на целый склад весьма необычных предметов искусственного происхождения, в числе которых был черный обсидиановый череп. К сожалению, все эти сокровища так и остались в кладовой, потому что лед начал ломаться и им пришлось срочно спасаться бегством.
— Но череп они все-таки утащили?
Перлмуттер кивнул:
— Да. Роксана сама вынесла его и сохранила до возвращения домой. С тех пор он передается по наследству как семейная реликвия.
Питт с полминуты лениво созерцал зеленеющие пологие холмы Виргинии за окном, затем снова повернулся к собеседнику:
— Допустим, черепа идентичны. Но ведь они все равно нам не скажут, кто и зачем их создал.
— Я не для того договорился о встрече с миссис Мендер-Хастед, чтобы сравнивать черепа.
— А для чего?
— Я уже десять лет пытаюсь купить переписку Мендеров, относящуюся к тому времени, когда капитан Мендер охотился на китов. В том числе бортовые журналы судов, на которых он ходил. Но жемчужина коллекции, за которую я прямо сейчас отдал бы все свои оставшиеся зубы, это судовой журнал найденного во льдах «индиамэна».
— Что, тоже фамильная реликвия? — спросил Питт, ощущая всевозрастающее любопытство.
— Насколько я понимаю, Бредфорд Мендер прихватил его при осмотре капитанской каюты, хотя полной уверенности у меня нет.
— Выходит, ты затеял эту поездку, рассчитывая подстрелить сразу двух зайцев?
Перлмуттер с хитрецой прищурился:
— Ты угадал. Я очень надеюсь, что уважаемая миссис Мендер-Хастед, увидев твой череп, поддастся наконец на мои уговоры и уступит мне свой. Вместе с семейным архивом.