— Тебе не бывает стыдно, когда ты смотришься в зеркало?
— Бывает, еще как бывает! — рассмеялся Перлмуттер. — Но скоро проходит.
— А в журнале есть какие-нибудь сведения о том, откуда взялся череп?
Перлмуттер развел руками:
— Мне так и не удалось выяснить. Миссис Мендер-Хастед хранит его под замком и никому не показывает.
Вскоре Джулиан закрыл глаза и задремал, слегка посапывая носом, а Питт погрузился в размышления, вертевшиеся в основном вокруг главного вопроса: сколько же еще обсидиановых черепов таится по всему миру в толще скал?
Ни разу не превысив разрешенной скорости, «роллс-ройс» домчал их до Фредериксберга за каких-то полтора часа. Не доезжая до окраины города, Малхоленд свернул на круговую аллею, ведущую к большому дому в колониальном стиле, выстроенному на одном из живописных холмов над рекой Раппаханнок. От дома открывался вид на долину, где в одном из самых кровопролитных сражений Гражданской войны погибли когда-то за один день двенадцать с половиной тысяч солдат армии северян. Само здание, возведенное в 1848 году, служило куда более приятным и изящным напоминанием о прошлом.
— Вот и приехали, — удовлетворенно пробурчал Перлмуттер, с трудом протискивая свои обширные телеса сквозь правую заднюю дверцу, предупредительно распахнутую Малхолендом.
Питт обошел машину сзади, поднял крышку багажника и вытащил ящик с черепом.
— Хотел бы я знать, что за прием нас ожидает, — проговорил он, поднявшись по ступеням и дернув за шнурок звонка.
Кристин Мендер-Хастед на первый взгляд казалась образцом бабушки. Живая, седовласая, с приветливой улыбкой, ангельским лицом и несколько расплывшейся фигурой, она поспевала всюду почти с той же быстротой, с какой взгляд ее искрящихся юмором карих глаз замечал любой непорядок.
Перлмуттера хозяйка дома приветствовала крепким мужским рукопожатием, а вот представленному им Питту всего лишь кивнула.
— Проходите, прошу вас, джентльмены, — любезно пригласила гостей миссис Мендер-Хастед. — Я вас давно поджидаю. Вы позволите угостить вас чаем?
Выслушав заверения в полном согласии, она провела их в библиотеку с высоким потолком и обшитыми панелями из мореного дуба стенами, где предложила располагаться в старинных кожаных креслах — столь же необъятных по размеру, как седалище Перлмуттера. Как только молоденькая девица, оказавшаяся соседкой и приходящей помощницей по хозяйству, подала чай и быстро упорхнула, хозяйка сразу взяла быка за рога, обратившись к Перлмуттеру с легкой укоризной в голосе:
— Джулиан, дорогой, я вам утром уже говорила по телефону и готова повторить еще раз, что пока не собираюсь расставаться с фамильными архивами.
— А я пока не собираюсь отказываться от надежды когда-нибудь все же уговорить вас, дорогая Кристин, — рассмеялся Перлмуттер, — но Дирка я сюда привез совсем по другой причине. — Он повернулся к Питту. — Ты не находишь, мой мальчик, что самое время познакомить миссис Мендер-Хастед с содержимым твоего ящика?
— Можете называть меня просто Кристин, молодой человек. Мою двойную фамилию довольно трудно прожевать за один присест.
— Вы всегда жили в Виргинии, Кристин? — поинтересовался Питт, поддерживая разговор и одновременно возясь с тугими защелками контейнера с черепом из шахты «Парадиз».
— Нет, я калифорнийка уже в шестом поколении. Большинство моих родственников до сих пор живут в Сан-Франциско и его окрестностях. Просто мне посчастливилось выйти замуж за человека родом из Виргинии. Между прочим, мой покойный супруг служил специальным советником при трех президентах США, — с гордостью добавила миссис Мендер-Хастед.
Питт вдруг осекся и замолчал, не сводя глаз с черного обсидианового черепа на каминной полке, озаренного отблесками пляшущего под ним пламени. Потом медленно, будто в трансе, откинул крышку, вынул из ящика свой череп, так же замедленно встал, подошел к камину и поставил рядом.
— Боже мой! — ахнула Кристин. — Мне и не снилось, что существует еще один такой же.
— Мне тоже, — рассеянно отозвался Питт, отступив на пару шагов и сравнивая критическим взглядом оба черепа. — Что ж, насколько я могу судить невооруженным глазом, мы имеем дело с абсолютно идентичными экземплярами. Даже размеры совпадают. Как будто их в одной форме отливали!
— Может, вы хоть теперь расскажете нам, Кристин, — вкрадчиво произнес Перлмуттер, держа чашку в руке, — какую страшную легенду унаследовали от прадеда и прабабки вместе с этим черепом?
Миссис Мендер-Хастед слабо всплеснула руками и устало заговорила с мученическим выражением лица школьной учительницы, в сотый раз объясняющей урок непонятливым ученикам: