— Обращаюсь к командиру подлодки «U-2015». Меня зовут Дирк Питт. Я нахожусь за кормой «Полярной бури». — Выдержав паузу, чтобы его слова оценили должным образом, он продолжил: — И я точно знаю, кто вы. Если вы меня поняли, перехожу на прием.
Через несколько секунд треск атмосферных помех сменился довольно приятным и вполне дружелюбным голосом:
— Слушаю вас, мистер Питт. С вами говорит командир подводной лодки «U-2015». Чем могу быть полезен?
— Я назвал вам свое имя, капитан. Могу я рассчитывать на ответную любезность?
— Мое имя вам знать ни к чему.
— Что ж, другого ответа я и не ожидал, — спокойно ответил Питт, — это вполне вписывается в общую картину. Ваши коллеги из Нового удела — или правильнее будет сказать Четвертой империи? — прямо-таки помешаны на секретности. Но вам не о чем беспокоиться: обещаю ни словом не обмолвиться о вашей подпольной банде киллеров при условии, что вы незамедлительно загрузитесь обратно в свою доисторическую консервную банку и уберетесь восвояси.
Это был выстрел наудачу, основанный на чистой воды догадках, но затянувшееся молчание подсказало Питту, что слова его задели какую-то весьма чувствительную струнку. Прошла целая минута, прежде чем рация снова ожила:
— Итак, вы и есть тот самый вездесущий Дирк Питт?
— Тот самый, — подтвердил Питт, мысленно радуясь нечаянной удаче, позволившей ему проделать хотя бы частичную брешь в обороне противника. — Вот только не подозревал, что моя слава разносится по свету с такой поразительной быстротой.
— Вы тоже не теряли времени зря, добираясь из Колорадо в Антарктику.
— Я мог бы прибыть и раньше, но нужно было сначала отделаться от трупов ваших приятелей.
— По-моему, вы намеренно испытываете мое терпение, мистер Питт.
Диалог стремительно превращался в бессмысленную пикировку, но Питт продолжал подначивать командира подлодки, чтобы выиграть еще немного времени.
— Нисколько. Всего лишь пытаюсь выяснить, какого черта вы околачиваетесь в антарктических водах, навязчиво преследуя безоружное исследовательское судно, когда вам положено крейсировать в Северной Атлантике и торпедировать беззащитные грузовые транспорты?
— Мы прекратили военные действия в апреле 1945 года, — сухо ответил подводник.
Питту очень не нравился спаренный пулемет на турели в передней части рубки, многозначительно развернутый в его сторону. Он кожей чувствовал, что истекают последние мгновения перед тем, как эти недобитые наци попытаются потопить «Полярную бурю» и уничтожить всех, кто находится на борту ледокола.
— А когда вы запустили проект «Четвертый рейх»? — спросил он невинным голосом. — Уже в мае или несколько позже?
— Я не вижу смысла продолжать наш разговор, мистер Питт, — бесстрастно и ровно, как диктор, сообщающий о погоде на завтра в Шайенне, штат Вайоминг, заявил капитан субмарины. — Всего вам доброго.
Питт не нуждался в дополнительных пояснениях, чтобы догадаться, что сейчас произойдет. Он нырнул за торос в тот самый миг, когда пулеметный расчет открыл огонь. Пули зажужжали в воздухе, со зловещим шипением вонзаясь в лед. Забившись в углубление у основания тороса и не смея даже пошевелиться, он сейчас клял себя за то, что надел форменный арктический комбинезон НУМА. Лазурь с бирюзой на белом льду превращали его в идеальную мишень.
Из укрытия Питту была хорошо видна кормовая надстройка «Полярной бури». До нее, казалось, рукой подать — так близко и в то же время так недостижимо далеко. Пулеметчики пристрелялись, и очереди стали ложиться совсем рядом. Отчаянно извиваясь, подобно выползающей из старой шкуры змее, он ухитрился стянуть с себя комбинезон, оставшись в шерстяном свитере и шерстяных штанах. Слишком тяжелые и неудобные для бега сапоги тоже скинул. Град пуль временно прекратился — должно быть, стрелок выглядывал, задело ли Питта его огнем.
Припорошив голову снегом, чтобы замаскировать свои черные волосы, он осторожно выглянул из-за края тороса. Один пулеметчик выжидающе замер у турели, другой пристально рассматривал в бинокль убежище Питта. Потянулись томительные секунды ожидания. Наконец командир расчета отвернулся и махнул рукой в сторону ледокола. Второй номер послушно развернул спаренные стволы.