— Прошу, перестаньте. Хватит, — сказал Назир Синх, посмотрев на принцессу. Она стояла в нескольких шагах от него. Им нужно доверять друг другу, если они хотят реализовать все свои цели. Назир Синх хорошо это понимал. — Я больше не буду следить за вами, точнее, мои люди не будут этого делать. Только между нами не должно быть тайн. Мы же делаем одно дело, моя принцесса.
— Мне от этого не легче, — с горечью произнесла она. — Теперь они всегда будут следить друг за другом. Сегодня заговорщики, а завтра, возможно, враги. Надо быть осторожнее в высказываниях при нём. Хотя он прав. Ей следовало рассказать ему об этом разговоре раньше.
Первые советники уже передали огромные западные колонии императору Ё Со. Лемурийцы уже год как правят на западе, хотя договор ещё не подписан. Он только составлен. За земли Марием и Амурием были получены огромные суммы, и ещё будут получены, когда печать и подпись императора появятся на бумаге.
Она усмехнулась.
— Моё так называемое приданое. Большое, не так ли?
— Да, немаленькое, если учесть, что западные колонии и так уже почти их. Неплохо придумано. Без военных действий и кровопролития половина империи перешла к Лемурии. На очереди оставшаяся часть. Я думал, что Марий и Амурий глупы. Однако я ошибался. Они полные дураки. Никакой политической выгоды, никаких гарантий неприкосновенности в будущем для них самих. Только золото.
— У них уже всё распланировано. Императора они хотят отравить, меня — выдать замуж за лемурийца, Ария сделать новым правителем, а если кто спросит, почему такая большая часть империи отошла Ё Со, у них есть отговорка: «Это воля ныне покойного императора». И тогда не будет империи. Их нужно казнить как самых подлых предателей.
— Нужно казнить, но позже. Даже лемурийцы не считаются с ними. В новой империи этих предателей не будет. Амурия и Мария в любом случае ждёт печальный конец. Всё, что потратил Ё Со, вернётся к нему, но с большими дивидендами. На это он и рассчитывал, связавшись со столь алчными людьми. Они никогда не отличались дальновидностью, — с некоторой иронией в голосе предсказал судьбы старших советников Назир Синх и перешёл к более важному, по его мнению, вопросу: — Мне не хотелось тебе об этом говорить… Но нам нужно спешить. Времени почти не осталось. Если император умрёт раньше срока, мы обречены на неудачу. К тому же в брачном договоре ещё не указано имя будущей невесты.
Сердце Атии сжалось от страха. Что это значит? Не указано… Ей только что объявили о скорой помолвке с правителем Лемурии. А теперь нет никаких уточнений. И только сейчас она начала понимать смысл слов Назир Синха о том, что времени нет. Действительно, времени нет. Отец скоро умрёт, и старшие советники предпочтут вписать в этот государственный документ имя её сестры. Её безвольная сестра никогда не сможет добиться от своего мужа чего-либо в отношении Атлантиды. А значит, Амурий и Марий станут настоящими правителями её родины, но ненадолго. Алина для них — гарант свободы, а Атия — нежелательная и опасная, как императрица лемурийцев. Она ведь сама тысячи раз говорила о том, как будет наводить порядок в империи, которая изжила себя.
Конечно, времени больше нет!
ГЛАВА 6. Принцесса Алина и сын фаворитки
ГЛАВА 6. Принцесса Алина и сын фаворитки
Пир императора, как обычно, закончился перед самым рассветом. Рабы вынесли из зала повелителя Атлантиды, который был мёртвецки пьян. Большинство придворных были не в лучшем состоянии, чем их император. Исчезновение старшей принцессы и третьего советника почти никто не заметил. А если кто-то и заметил, то вряд ли осмелится сообщить об этом императору. Сами они не без греха.
Когда происходило это торжественное (если его можно так назвать) действо, никто из присутствующих в золотом зале не смог проводить своего императора должным образом. Гости просто не могли встать. Но Аттила даже не рассердился. Император Атлантиды в своём привычном состоянии вряд ли мог что-то разглядеть.
Атия и Назир Синх были не единственными, кто покинул пир раньше императора. Среди тех, кто нарушил заведённый порядок, были и младшая принцесса с её возлюбленным Маркусом.
Эти двое всегда предпочитали уходить с грандиозных ужинов императора задолго до его ухода. Многие придворные замечали это, но не решались делать замечание влюблённым. Пока не было повода для замечаний. Принцесса и её фаворит никому не мешали, они просто шушукались по углам и не вмешивались в дворцовые дела. Пусть любят, раз им это нравится. К тому же Маркус был сыном Марции, любовницы первого советника императора, и никто не решался возражать или говорить что-то Амурию.